— Не стану, если не принимать во внимание развитие разума, разделившего подобие ангелов на естество добра и зла и спрессовавшего людей в тип общества, в котором разум стал основой их неравенства и отдаления от жизнесозидающих истин Творца. Не стану, но уже при условии признания, что свобода развития разума для всех видов духа и вещества изначально обусловлена волей Создателя, — не давая повода уличить себя в согласии с Дьяволом, оттенил свою позицию ЕГО ВОЛЯ.
— Вот! Вот оно! — нарочито громко проверезжал Дьявол, будто утопающий, внезапно обнаруживший около себя спасительный обломок корабельного бревна. — Развитие, и ничто другое! Оно не осуществимо без движения мысли САМОГО для тех, чей разум изначально порожден ИМ как примитивный по отношению к веществу его создания. Этот разум не способен вырваться из поля притяжения САМОГО. Он всегда остается при НЕМ как несовершенный. Ему позволено развиваться только до пределов познания самого себя, отчасти — себе подобных и, в редчайших случаях, как это случилось только с тобой — гностик, становится безропотным первичным механизмом воплощения идей САМОГО. Твое величие, эфемерное без воли вашего хозяина, как, впрочем, и все во Вселенной, — не результат развития твоего разума. Он был и остается в цепях, наложенной на него предопределенности. Без проявленной САМИМ воли, ему никогда не вырваться за грани своего несовершенства. А чем она определяется?..
— Ну и чем же? — иронично бросил ЕГО ВОЛЯ, уже предвидя финал логического построения Дьявола.
— Ты это знаешь не хуже меня! Примитивностью одностороннего развития разума. Тебя подняли над всеми, но оставили однобоким твое развитие как естества. Оно совершенствуется только в русле добра, сущность которого ни тебе, ни ангелам, ни тем более, человеку неизвестна. САМ заставил всех вас принять на веру то, в истину чего не посвятил никого. Чему тут удивляться: ваш божественный хозяин никогда не собирался раскрывать истину создания разума небожителей и людей. ОН же рационален во всем, поэтому изначально считал и, уверен, до сего дня не поменял своей убежденности, что необходимость познания истины примитивным разумом нецелесообразна. ЕМУ достаточно, чтобы вы верили в существование истины добра и развивали свой разум надеждой на ее постижение. Вера и надежда! Это слишком мало, если не сказать — ничто, для познания истины. Посему и выходит, что не мой, а твой разум страдает неустранимой тяжестью примитивности; он уродлив своей однобокостью несовершенства. Его развитие не может быть истинным, так как определяется собственным «Я» БОГА, а не личным «Я», сотворенного ИМ естества.
— А тебе это, конечно же, не присуще, — постарался оставить свой разум в плоскости иронии первый ангел. У него не было намерения выслушивать от хозяина потустороннего мира рассуждения о несостоятельности разума, наполняющего реальное бытие Вселенной. Сказанное Дьяволом его коробило. Диалог начал выходить за означенную тему. Он принял форму открытого оскорбления злом всего, что было дорого и любимо суровой холодности ЕГО ВОЛИ. И форма эта была облечена в кристаллы логики, убийственные не только для примитивного разума. Абсолютное зло сложило из них конструкцию, по которой действительно выходило, что доверенный разум БОГА столь же примитивен, как и человеческий, потому что лишен, подобно людям, знания об истине. Дьявол не допустил ни одной шероховатости в построении своих аргументов. Все они правдиво отражали историческую реальность развития и положения разума, созданного САМИМ во Вселенной. Просто так хозяина антимира нельзя было обвинить в присущем ему грубом извращении фактов. Дьявол сказал то, что было на самом деле. Он себе мог это позволить. Лучше него никто не знал БОГА.
Однако во Вселенной не было никого, кто лучше, чем ЕГО ВОЛЯ, понимал Создателя. В этом и заключалось различие правды Дьявола и первого ангела. Знать и понимать ее — не одно и то же. Дьявол отлично знал правду и хлестко ударил ею по разуму ЕГО ВОЛИ. Назначенный же БОГОМ понимать ЕГО мысли и действия удар зла не пропустил, потому что видел правду со стороны, принятой им на веру истины. Для него она уже давно состоялась как очевидная. Это было абсолютное добро, заключенное в обожаемом, но непознаваемом Создателе. А все несовершенное и примитивное в сравнении с БОГОМ, чем попытался унизить его Дьявол, он считал предопределенной Творцом объективностью, необходимой ЕМУ для развития в разуме ангелов и людей совершенного добра. Объективностью, которая имеет только одну сторону развития — в направлении воли БОГА.
