Он не торопился, произвольно наделив себя правом принуждения сатрапа САМОГО к смиренному ожиданию прибытия царственного разума антимира. Это была мелочная, но все же, месть. Дьявол не забыл унижение, испытанное им на заре, уходящего миллениума. Тогда ему пришлось, уняв гордыню, просить ЕГО ВОЛЮ о милости встречи: на кон СОБЫТИЕМ была поставлена его собственная судьба. Манера и тон, которыми до него было доведено согласие на встречу, жгли обидой разум Дьявола до дня, когда злу предстояло вновь разум к разуму, естество к естеству занять свое место напротив первого ангела. Там, где их уже ожидало поле нейтральности БОГА. И вот, наконец, пришло время, мнилось ему, когда в схожей ситуации придется оказаться ЕГО ВОЛЕ. «Не Я же, в конце концов, просил о повторной встрече, хотя она для меня необходима не менее первой, — поддерживал в себе Дьявол пылкость желания присмирить достоинство иерофанта Божьего Дома до начала диалога. — Сатрап назначил ее. Наверняка, по указу САМОГО. Однако на сей раз ей суждено начаться по-другому, потому что, встряхнув СОБЫТИЕМ мир человечества, им не удалось окончательно развернуть его в сторону добра. Я не дал, отделив для моей истины в разуме людей самое престижное место».
Дьявол сближался с полем нейтральности, пристально всматриваясь в его контуры. С восхищенным удивлением наблюдая, как оно постоянно меняет свое очертание, гений зла пытался обнаружить на нем ЕГО ВОЛЮ. По его расчетам, сатрап САМОГО должен был уже более суток коротать время на острие Джомолунгмы. Но ни Крест, подманивший сиянием в канувшем прошлом Дьявола к точке Земли, где ему дали шанс на диалог с добром, ни, как это не выглядело странным, ЕГО ВОЛЯ на сколке невселенского пространства-времени ничем свое присутствие не обнаруживали.
— Ну, где он там? — раздраженно просопел Дьявол, неожиданно почувствовав, что не в силах сдерживать резко возрастающий темп полета. — Игра в прятки на бурлящем вареве энергий поля БОГА, неизвестно из какой материи ИМ созданного, — не лучший способ прикрытия своей слабости. Бессмысленно прятать то, что очевидно для всей Вселенной. СЫН БОГА-то был покрепче: от зла людей не бегал и, постигшее его среди них одиночество, признал, не таясь, — собрался было крикнуть ЕГО ВОЛЕ великий изгой, но… Произошло обратное, нежданное разумом, когда-то вызревшего до величия у стоп Создателя. Унижающий честь первого ангела БОГА крик зла, так и остался намерением. Вместо него, из Дьявола вырвалось тягостное, как давящая его разум последнюю тысячу лет обида: «А-а-а! Опять!»
Он увидел ЕГО ВОЛЮ. И вовсе не там, где ожидал!
Прокуратор добра всей Вселенной, окаймляя разумом Солнце, гнал на хозяина антимира потоки золотых лучей огромного и буйного светила, необузданного познанием человека. Дразня зло бесподобием своего золотого сияния, эти лучи, сначала расстилаясь под Дьяволом, а потом, круто преломившись, соединялись в единый стреловидный световой поток. Им явно дирижировали, четко нацелив на Гималаи и точно в точку поля нейтральности, которую великий изгой покинул десять столетий тому назад, пригрозив БОГУ, что лишит земной жизни Спасителя.
Сойти с указанного ему пути следования или задержаться на нем Дьявол уже не мог. Оказать помощь был способен только САМ, хотя нереальность этого поступка Всевышнего для его бывшего фаворита была более чем очевидна. Он не был пленником иллюзий, что САМ не имеет интереса к диалогу со злом. Опыт прошлого служения САМОМУ напомнил Дьяволу, что выданная ЕГО ВОЛЕ санкция на прямой контакт с хозяином антимира, как, впрочем, и любые разрешения САМОГО, будет действовать до момента, пока не исчерпает себя в задуманном Создателем результате. Выходило, пришел он к вынужденному выводу, что от встреч с сатрапом БОГА не уйти и прибывать на них ему придется в той очередности, которая всегда будет устанавливаться САМИМ, а регулироваться — через ЕГО поле нейтральности.
Грезя равной с Создателем властью над Вселенной, он не заметил, как попал в жесткие объятия непреодолимых для него сил гравитации поля нейтральности БОГА. От них нельзя было уклониться; за ними можно было лишь безропотно следовать. Они действовали по законам, которые регулировали расширение и сжатие Вселенной из пространства-времени, которое никогда не станет ее достоянием, а тем более, принадлежностью, отделенной в ней Создателем части — антимира.
