Его втолкнули в какой-то вонючий угол и, сорвав мешок с головы, торопливо убрались прочь. Потом послышался звук задвигаемой двери и лязг засова.
- Отдыхай! - издевательским голосом рявкнул кто-то из-за двери. - И смотри не щёлкай клювом!
- Ну ты, сволочь! - крикнул вдогонку Воробьёв. - Что ж ты спрятался? Боишься что рожу запомню?
Макс встал на ноги и, сощурив глаза, осмотрелся. Его бросили в какой-то тёмный и сырой подвал. Всюду грязь, паутина, плесень. По полу шныряла шуршащая членистоногая мелюзга.
- Попал как кур в ощип! - прошептал Макс.
Он размял отёкшие конечности, похрустел суставами и посмотрел на единственное окошко под потолком. В разбитое стекло прохладный ветерок загонял свежий воздух, хоть как-то притуплявший рвотные позывы от нестерпимого смрада. По серому фону улицы можно было понять что уже рассвело. Значит его везли до этого места всю ночь.
Воробьёв пощупал свои карманы и понял, что пока он валялся в беспамятстве их в буквальном смысле вывернули наизнанку. Не оставили ничего, даже мелочёвки.
- Да подавитесь! - со злостью пробурчал он.
Ещё раз осмотрелся и понял, что по своей конфигурации подвал вытянут как пассажирский вагон. Вдоль передней стены почти у самого пола сгнившие проржавевшие насквозь водопроводные трубы, под потолком обрывки проводов. Дальнюю часть подвала полностью скрывал мрак, и чем больше Макс всматривался тем отчётливее казалось, что в этой темноте копошится и ворочается какое-то лохматое существо.
- Что ещё за напасть! - прошептал он.
Гулко лязгнуло железо. Из какой-то щели вырвался сноп электрических искр, и тут же донёсся сердитый наполненный болью и яростью вскрик. Под могучим натиском зазвенела проволочная сетка и создание, всё это время скрывавшаяся в темноте, стремительно бросилось к Максу. Подвал наполнился яростным рычанием и хрипами.
Как ошпаренный Воробьёв отпрыгнул назад, и зацепившись за торчавшую из пола скобу, беспомощно растянулся на бетоне. В шаге от него, разевая зубастую пасть, бесновалась и билась от бессилия здоровущая напоминавшая обезьяну тварь. От последнего броска это существо удерживал ошейник, к которому была прикреплена толстая поржавевшая от времени цепь.
- Убирайся прочь, мразь! - дрожа от ужаса, выкрикнул Макс. - Урод облезлый, вон пошел!
Он резво вскочил на ноги и отбежал к стене. В тот же миг на другом конце подвала цепь стравили, и гнусный мутант приблизился к Журналисту на расстояние вытянутой руки.
Выродок свирепо рычал и, стараясь дотянуться до жертвы активно сучил лапами. Ох какие же это были лапы. Такими только мясо с костей срывать.
Из пасти выродка полетели брызги слюны, и потянуло таким смрадом, что у Воробьёва перехватило дыхание. Он с трепетом следил за смыкавшимися челюстями и слышал как стучат друг о друга обломанные зубы. Глубоко посаженные мутные глаза, практически лишённый растительности череп, пучки тёмной шерсти на теле. Этот образчик местной фауны внушал не меньший ужас, чем Скрелинги или Ведьмы.
Макс вжался в стену и подумал о том, что если цепь ослабят ещё немного, то мутант без проблем дотянется до глотки и просто оторвёт ему голову.
От мощного рывка и без того натянутая цепь зазвенела, и мутант подался вперёд. Макс тут же почувствовал как крючковатые пальцы выродка скользнули по куртке и мгновенно располосовали её полу, превратив прочную ткань в лохмотья.
- Ну всё! Кажется готов! - послышался за-за двери голос. - Давай помаленьку! А то нашему гостю скоро штаны придётся сушить.
Затрещал барабан лебёдки, цепь натянулась и упирающегося монстра, начали медленно оттаскивать от Воробьёва.
Судя по всему распалившийся зверь был крепким орешком и, тому кто крутил лебедку, давалась задача не просто. Мутант огрызался, иногда хватался руками-лапами за цепь и неистово за неё дёргал. Его вопли и грохот железных звеньев оглушали, и Максу казалось, что ещё немного и от этой безумной какофонии лопнут барабанные перепонки.
Но через минуту мутанта втащили в тёмный загон и он угомонился. Из потайного окошка что-то ссыпали в угол и почти сразу же, подвал наполнился пьяным запахом чуть забродивших яблок. Зверь захрустел подачкой и тихонечко, с какой-то почти человеческой тоской заскулил.
5
Свет ударил по глазам, заставив Макса зажмуриться. На пороге стоял Досев. Он намеренно направил фонарь в его лицо, и теперь смотрел как тот отреагирует. Судя по всему он и распоряжался этой кунсткамерой.
- А у тебя крепкие нервишки! - сказал он выключая свет. - Давай, пошевеливайся. Наша мартышка не переносит человеческого общества. Звереет на глазах.
Воробьёв вышел из зверинца, и Досев тут же закрыл дверь, предусмотрительно заперев её на засов.
- Странный способ обрабатывать людей, - отозвался Макс. - В конце концов могли бы сначала просто поговорить.
Они прошли по узкому коридору и поднялись по лестнице наверх. На широкой площадке первого этажа остановились. С левой стороны глухая стена, с правой длинный коридор.
- Хочу сразу предупредить: от того как станешь себя вести зависит твоя жизнь, - сказал он. - Не выделывайся и всё будет как надо! Туда!
