И только тогда увидел неподалеку незнакомца в белом кителе с аксельбантом и длиннополом пальто с накидкой на плечах, подобное которому любил носить Пушкин. На груди алела портупея тяжелой рапиры, в кобуре на поясе виднелась посеребренная рукоять крупнокалиберного кольта. Сам же человек отличался худобой и высоким ростом, вытянутое лицо обрамляли жидкие черные волосы, а на правом глазу поблескивал монокль.
— Какое необычное сочетание колдовства и боевого искусства, — не с хвальбой, а скорее с подозрением произнес дворянин. — Никогда не видел такого прежде. Как, впрочем, и вас.
— А вы, собственно, кто? — нахмурился Захар.
— Ох, где мои манеры? — мужчина поднес к лицу пальцы, точно надел невидимую маску, и поклонился — плавно, как заводная кукла. — Лев Николаевич Белаго, экзарх Пресветлого Синода в Ялтинском приходе.
— Что ж, приятно познакомиться, — парень приподнял картуз и двинул дальше вдоль речки.
— Постойте, — окликнул его священник. — По правилам этикета и банального приличия принято представляться в ответ. Могу я узнать ваше имя?
— Захар.
— Захар? — мужчина вопросительно изогнул бровь, явно ожидая продолжения.
— Захар Михайлович.
— А фамилия у вас есть? Вы же чародей — неужто есть причина скрывать свое происхождение?
«Вот же докопался», — подумал киборг. «Как полицейский в пятницу у бара».
— Титов. Захар Михайлович Титов.
— О, — экзарх свел руки за спиной и подошел едва ли не вплотную, сверля чужака настороженным взором. — Так вы, получается, родственник Сергея Ивановича?
— Да. Очень дальний. Прибыл вот… отдохнуть. В море искупаться, свежим воздухом подышать.
— У вас весьма необычный вкус к одежде для родственника барона.
— А… — Захар до предела напряг аналитический модуль. — Просто я толстовец.
— Даже так? — тон сменился с подозрительного на удивленный. — Это многое объясняет. Не против, если мы немного пройдемся?
— Я спешу…
— Я пойду быстро, — Белаго ядовито улыбнулся. — И не отниму много времени.
Охотник вздохнул, и они вдвоем зашагали по набережной.
— Кстати, вам известно о давнем земельном споре между вашим патриархом и родом Игнатовых? — после недолгого молчания спросил спутник.
— Нет. Меня в такие вопросы не посвящали. Видимо, не хотели портить отдых. А что?
— Дело в том, что суд встал на сторону истца — то есть, господина Игнатова. И предписал Титову либо отдать надел, либо выплатить компенсацию хрусталитом. И Демьян Антонович сообщил мне, что прошлой ночью отправил младшего сына за долгом, а тот куда-то пропал.
— Действительно, — Захар усмехнулся. — Куда же мог пропасть чародей ночью, когда Прорех в округе вылезло больше, чем грибов после дождя.
— То есть, вы его не видели?
— Можете сходить и посмотреть, как сейчас выглядит наша усадьба, — киборг махнул куда-то за спину. — Ее словно из пушек бомбили. И поверьте — у нас и без того хватало хлопот, чтобы еще следить за соседями. Собственно, я и хожу сейчас в этом тряпье, потому что мой костюм нещадно пострадал в схватке с чудовищами.
— Вы же сказали, что толстовец.
— Да, — имплантат сразу подсказал, как исправить показания. — Но толстовцы облачаются как холопы только в своих усадьбах — так работать удобнее. А в мир выходят как подобает дворянам — пусть без шика и богатства, но все же в костюмах и платьях. Я же вынужден гулять вот так, — он развел руками. — Спасибо Тьме, чтоб ее Бездна сожрала.
— Ваши слова — да богу в уши, — Белаго с пониманием кивнул. — Но разве не проще послать слуг?
— Во-первых, нужно снять мерки. Я, как вы могли заметить, не самый габаритный индивид. А во-вторых, только представьте, что случилось бы, если бы меня не оказалось рядом, — киборг указал на корчащегося под деревом главаря.
— Ваша правда, — сказал экзарх. — Мои послушники сейчас прочесывают город в поисках недобитых чудовищ. Но надо обязательно сообщить обер-полицмейстеру, чтобы усилили надзор за криминальным элементом. Не хватало нам еще всплеска анархии и бунтов.
— Полностью с вами согласен. И если допрос окончен, я, пожалуй, пойду. Мне, если вы вдруг не догадались, сопровождение не нужно. Даже от экзарха.
— Обождите, — попросил Белаго, и Захар уже начал просчитывать варианты, как незаметно кокнуть этот банный лист и обставить место преступления так, словно эту занозу шлепнули бандиты. — Могу я взглянуть на ваши документы?
— Нет, не можете, — киборг осклабился. — Я их дома оставил.
— В чем причина?
— Чтоб не потерялись. Или не украли. Или какой-нибудь черт не порвал, как одежду. Какая разница? Разве моя магия — не документ? Или у вас тут и холопы колдовать умеют?
— Дело не в подлинности вашего дворянства, — Лев Николаевич смерил парня хмурым взором. — А в том, что вы можете быть вражеским шпионом.
— Шпионом? — Захар запрокинул голову и в голос рассмеялся. — С моей-то внешностью? Чтобы любой городничий мог найти меня по одному описанию — охрененно высокий и здоровый мужик?
— Охре… — чародей повертел бранное словечко на языке, — ненно?
— Я толстовец, — буркнул киборг. — Имею право выражаться.