Женька вздрогнул от неожиданности, провел рукой по шее и недоуменно посмотрел на испачканные белым пальцы. Потом, сообразив, что это, он громко рассмеялся:
-Ники, блядь, ты долбаный Вильгельм Телль*.
Его развеселил растерянный вид Никиты.
А Никита - взъерошенный, раскрасневшийся и потный - испуганно таращился на Женьку еще затуманенным после оргазма взглядом.
-Чего ты ржешь? - быстро оправившись, Никита тоже рассмеялся и повалил Женьку на постель.
Они шутливо боролись какое-то время, пока Никита не оказался сверху, нависнув над Женькой. Перестав смеяться, он смотрел серьезным взглядом, в котором сквозило напряжение.
Женька улыбнулся, удивленно подняв брови:
-Ты чего?
-Ты больше не пойдешь к нему?
-Нет, - Женька отвел взгляд. Настроение отчего-то испортилось, бороться и беситься расхотелось. Он выбрался из-под Никиты, сев к нему спиной, и, не поворачивая головы, пробормотал, - но, знаешь, я тут подумал, мы тоже должны обо всем забыть и жить как прежде.
-Как скажешь, - Никита, сглотнув вставший в горле ком, кивнул соглашаясь, и, грустно глядя на светлую макушку, тихо добавил. – Наверно, ты прав.
Женька, так и не глядя другу в глаза и даже не поворачивая головы, торопливо забормотал, пытаясь как-то объяснить свое решение, доказывая, почему так будет лучше, но Никита его не слышал - уши словно заложило ватой, и сквозь плотный слой, не пропускающий никакие звуки, до него доносился только громкий стук, словно молотком бьющий по барабанным перепонкам, то ли старого будильника, тикающего на столе, то ли сердца, каждый удар которого, отдавался в груди резкой болью.
_____________________
*Вильгельм Телль - легендарный народный герой Швейцарии, живший в конце XIII - начале XIV вв., искусный стрелок.
13 часть
****
Всю следующую неделю Женька провел, как в тумане. Двигаясь, словно заводная игрушка, он, когда мать просила, помогал ей по дому, каждый день ходил на занятия, словно во сне слушал лекции, участвовал в каких-то спортивных университетских соревнованиях, болтал с сокурсниками, и даже шутил и смеялся. Но во всех этих действиях участвовало только тело, а душа, мысли были где-то далеко. Женьке казалось, что он впал в какое-то пограничное состояние между сном и явью.
Присутствие Никиты тоже не добавляло оптимизма и бодрости. За пять дней прошедшие после их близости, он появился у Женьки два раза, но оба раза, зайдя в комнату и пробормотав короткое "привет", падал в кресло и весь вечер сидел молча, лишь иногда бросая отрывистые, ничего не значащие фразы, а потом неожиданно вскакивал, сбивчиво прощался и поспешно уходил, оставляя Женьку в недоумении и с тяжелым, черным осадком на душе.
Ну и не только Никитино мрачное настроение не давало Женьке спокойно спать, еще одно обстоятельство беспокоило его, дергая за нервы - Гор за это время так и не появился, и даже ни разу не позвонил. И Женька мучился от этого подвешенного состояния - желая, чтобы Гор побыстрее пришел и, в тоже время, думая, как бы оттянуть момент объяснения. Потому что, если он был уверен, что Никита молча сделает так, как сказал Женька, то вот реакция Гора на Женькино решение могла быть совершенно непредсказуемой. И решимость Женьки, его боевой настрой таяли с той же скоростью, с какой росло беспокойство от предстоящей встречи и выматывающего нервы ожидания появления Гора. Позвонить самому или уж тем более поехать к нему, Женька никак не мог решиться, хоть все это время и ругал себя за трусость и нерешительность. И мало того, в своем желании как можно дальше оттянуть разговор с Гором, Женька даже ни разу не появился в компании.
И вот, проведя всю неделю в состоянии раздрая и самокопания, солнечным субботним утром Женька шел, задумчиво пиная подвернувшийся под ногу камешек, стараясь обходить немногочисленных прохожих, спешащих по своим делам. Мать отправила его в магазин за продуктами, но Женька не торопился исполнять поручение и возвращаться домой, зная, что мать, обеспокоенная его мрачным настроением, обязательно постарается расшевелить его, и нагрузит еще чем-нибудь или, что еще хуже, потянет в гости к родственникам.
-Привет.
Женька, увлеченный своими мыслями, вздрогнул от неожиданного хлопка по плечу, и, чуть не подпрыгнув на месте, испуганно обернулся. Перед ним, сияя беззаботной белозубой улыбкой, стоял Гор, как всегда самоуверенный и довольный.
-Куда пропал?
-Много учебы, - буркнул Женька и, развернувшись, пошел дальше.
-Не ври, - Гор догнал его и, сунув руки в карманы джинсов, широко зашагал рядом.
-Это правда.
-Ну, правда, так правда, - легко согласился парень и без всякого перехода спросил. - Что решил?
Женька остановился, вздохнул, набирая в легкие побольше воздуха, словно перед прыжком в воду, и выпалил на одном дыхании, глядя куда-то вдаль, поверх плеча Гора:
-Знаешь, мне не понравилось. Так что забудь. Не будет у нас никаких отношений.
-Значит... Никита? - голос Гора неожиданно дрогнул, но он тут же улыбнулся, немного натянуто и нарочито безразлично.
