-А Я сказал, что мое терпение кончилось, - развернув Женьку спиной к себе и прижав к груди, Гор наклонился к самому уху и зашептал, обдавая горячим дыханием, которое казалось прожигало Женьку насквозь, до самых костей, будя в нем водоворот возбуждения и дикую жажду схватки. - Теперь Я решаю, кто с кем и когда будет трахаться.
По дороге успев расстегнуть джинсы и себе и Женьке, Гор доволок его до спальни и уже там, развернув лицом, поцеловал, прижимая к себе так, что у парня чуть не хрустнули ребра. Потом приподнял, подхватив под ягодицы, и легко бросил на кровать, словно тот ничего не весил. Навалившись сверху и придавив весом, превышающим Женькин килограмм на пятнадцать стальных мускулов, прижал локтями Женькины руки к его бокам, не давая возможности ударить в лицо кулаком.
Тогда Женька, почти лишенный возможности двигаться, забрался руками Гору под футболку и чуть приспущенные джинсы, и царапнул короткими ногтями голую спину и поясницу, оставляя красные полосы, тут же кое-где набухшие от проступившей крови.
Гор выгнулся, шипя и матерясь от боли:
-Ах ты, сучка!
Воспользовавшись относительной свободой, Женька попытался вывернуться и ударить Гора коленом в пах. Но тот оказался проворней. Издав смешок, быстро откатился в сторону и одним резким движением перевернул Женьку на живот. Не успел тот и глазом моргнуть, как Гор уже стянул с него штаны. Поставил на четвереньки и прикусил кожу в районе копчика. Жека невольно прогнулся, вскидывая вверх голую задницу, и Гор не упустил этот шанс. Прижав Женькину голову к кровати и удерживая за шею, навалился сверху и прохрипел в самое ухо, поднеся руку к его губам:
-Оближи.
И Женька послушно приоткрыл рот, вбирая в себя длинные пальцы. И стал сосать, облизывая чуть солоноватую кожу.
Отпустив Женькину шею и оперевшись на предплечье возле его головы, Гор уткнулся лбом во влажный висок с прилипшими светлыми прядями и прикрыл глаза, исступленно трахая пальцами жаркий рот, полностью отдаваясь ощущению плотного охвата горячих губ и влажного, бархатного языка скользящего по фалангам - усердно облизывая каждую и щекоча кожу между пальцами.
Чувствуя, что еще чуть-чуть и он кончит только от этого, Гор толкнулся пахом в Женькины ягодицы и с трудом прошептал:
-Хватит.
Вытащив влажные пальцы, которые Женька выпустил изо рта с явной неохотой, Гор погладил, чуть надавливая, сжавшийся анус и осторожно протолкнулся внутрь, раздвигая кольцо мышц, гладя и массируя бархатные стенки. Плюнул в кулак и, размазав слюну по своему члену и между Женькиных ягодиц, еще шире раздвинул коленом его ноги. Пристроил член и, едва протолкнув головку, неожиданно засадил почти по самые яйца.
У Женьки от боли выступили слезы на глазах. Он закусил кулак, чтобы не заорать во все горло и дернулся вперед, пытаясь соскочить с члена. Но Гор не пустил. Обхватив поперек живота, толкнулся уже до конца, прижимаясь к Женькиной заднице так плотно, что тот почувствовал, как жесткие волоски в паху и на животе Гора щекочут ему ягодицы.
Замерев на несколько мгновений, Гор чуть отстранился и стал медленно выходить. Женька приподнялся, опираясь на ладони, готовый в любой момент рвануть прочь, и зажмурился от накатившего блаженного ощущения освобождения от распирающего его изнутри члена. Но когда головка была готова выскользнуть наружу, и Женька уже вздохнул с облегчением, Гор вдруг резко подался вперед, со всей силы ударяя в простату.
Женька взвыл от болезненного удовольствия, которое словно электрический разряд прошило его насквозь. Руки подогнулись, и он упал, утыкаясь лицом в сгиб локтя и еще сильнее выпячивая задницу. Забыв о желании вырваться, обезумев от чувства боли, чередующейся с чувством огромного и казалось не менее болезненного наслаждения, он уже сам поддался назад, лихорадочно насаживаясь на член. И боль постепенно уходила, медленно покидая тело. А наслаждение нарастало, становясь просто невыносимым, грозя затопить с головой. Сердце рваными скачками долбилось в груди, громко стуча в ребра, глаза застилала черная пелена, а в анусе и паху нарастал тугой горячий ком, готовый взорваться оргазмом. Женька, уже ничего не соображая и не видя вокруг, чувствовал только резкие движения руки, жестко сжимающей его член, и сильные толчки внутри себя. Он поддавался им, корчась в конвульсиях и сгребая простыни скрюченными пальцами, хрипло дыша и слыша над собой такое же хриплое, тяжелое дыхание. И когда огненный ком внутри него взорвался, и член запульсировал, выплескивая на постель тугие капли спермы, и судорога скрутила мышцы, Женька захрипел, несколько раз часто-часто толкнулся навстречу Гору, вжался со всей силы ему в пах, замер на мгновение и упал в изнеможении на постель.
