-Признать? Хорошо, - судорожно вздохнув, Женька с отчаянной решимостью, словно шагнув с десятиметровой вышки, с вызовом глянул на парней. - Да, я признаю - мне нравится трахаться в задницу и нравится грубый секс. Нравится, что Гор делает со мной в постели, что вертит точно куклу и что говорит гадости, и что берет где и как захочет, словно дешевую шлюху, а потом целует глубоко и опять... Но еще мне нравится, когда Никита дышит надо мной, словно я хрустальный, двигается осторожно и нежно обнимает. Я люблю нашу прошлую жизнь, наши воспоминания. Я не могу без них. Я не могу без тебя, Ники... Но я и без Гора не могу! Вы мне оба дороги! Оба нужны!.. Вот такой я больной извращенец. Мне не просто нравится трахаться с парнями, мне нравиться трахаться сразу с двумя. Презираете меня теперь? Считаете блядью и шлюхой? Ну да, Гор так и думает, не устает мне об этом повторять.
-Джеки, остынь. Ты чего себе напридумывал? – попытался успокоить Женьку Гор. – Что я думаю и что говорю – не одно и тоже. Ты хотел это слышать, я говорил. Тебе хотелось острых ощущений, я тебе их давал. Только не ври, что тебе не нравится, когда я в постели называю тебя сучкой или шлюшкой. Тебя ведь это заводит. Но это не значит, что именно так я и думаю.
-А мне похуй. Ясно? - Женьку понесло "по кочкам". - Может и не думаешь, а может только притворяешься… Ники то уж точно думает…
-Я… - попытался вставить слово Никита, но Женька перебил его, не дав ничего сказать.
-Все! Хватит! Мне надоело! Не хочу больше ничего слышать. Я ухожу.
И он рванул из коридорчика к выходу, пытаясь проскочить мимо растерявшегося Никиты. Но Гор неуловимым движением скользнул к нему и, схватив за руку, притянул к себе:
-Куда собрался, лапуля? Мы еще не договорили.
-Мне не о чем с вами больше разговаривать... Пусти! - Женька беспомощно дернулся.
-Ага, щас, размечтался. Хер я тебя отпущу, пока мы все не выясним.
-Пусти, я сказал!
-Тихо, Джеки, тихо. Давай спокойно во всем разберемся, - Гор с силой прижал Женьку к себе так, что тот уткнулся носом в широкую грудь. – То есть ты нам с Никишей все это время мозги ебал, потому что не мог выбрать: я или он? Да?
Но Женька, насупившись и сжав зубы, молчал как партизан на допросе.
-Да? - Гор, добиваясь ответа, тряханул его, словно Женька копилка и Гор хочет услышать веселый перезвон монет.
-ДА! - сорвался Женька, по опыту зная, что Гор не отстанет.
-Значит, - после этого ответа Гор словно успокоился, - всего-то и проблема: или оба, или никто?
-Я сказал - пошли на хуй, - опять дернулся Жека, пытаясь вырваться.
-Не надо дергаться. Мы еще не договорили, - Гор обхватил Женьку еще крепче, одной рукой прижимая его голову к своей груди и не давая пошевелиться, другой поглаживая по спине, будто успокаивал норовистого скакуна. Его голос стал медово-тягучим. Он разливался, словно патока, обволакивая Женькино сознание и гипнотизируя его. - Лапуля, ну, не расстраивайся ты так. Не можешь выбрать и не надо. С этим ведь легко можно разобраться. Пойдем в мою комнату, ты полежишь, успокоишься, потом и решим, как быть.
-Никуда я не пойду! Знаю я, как с тобой "спокойно полежишь", - стряхнув с себя наваждение, навеянное тоном Гора и вкрадчивыми нотками в нем, которое, словно паутина окутывало его, Женька вновь попытался вырваться, впрочем даже не надеясь на успех. - Не буду я с тобой трахаться!
-Ну, чего сразу трахаться? - нарочито наивно удивился Гор. - Мы просто поговорим. Джеки, не упрямься, давай обсудим сложившуюся ситуацию. Ведь все можно решить, - и Гор, с присущей ему хваткой и напором, моментально взялся устранить проблему, разложив все по "полочкам". - Мы с Ники тебе нравимся, ты нравишься нам, я уж как-нибудь переживу присутствие Никиши, а с ним заморочек вообще не будет - он от меня так просто без ума...
-Размечтался, - пробормотал Никита. Стоя немного в стороне, он оторопело смотрел на разыгрываемое Гором представление и пытался прийти в себя от неожиданного Женькиного признания и взрыва эмоций.
А Гор не обращая на бормотание Ники никакого внимания, развернул Женьку спиной к себе и, продолжая тихо уговаривать, одновременно подталкивал его в сторону лестницы на второй этаж:
-Мы ведь уже были втроем. Правда твоя бессознательная тушка плохо это помнит, но тебе точно понравилось, Никиша подтвердит. Да и ему понравилось, только он молчит, сука, - пробормотал Гор еле слышно, словно говоря это сам себе, тут же опять склоняясь к Женькиному уху. - Лапуля, пойдем в спальню.
Перехватив одной рукой Женьку поперек живота, другой накрыл его ширинку, чуть сжав, и скользнул ладонью между ног, поглаживая промежность, внутреннюю сторону бедер и начинающий твердеть член. Женька лишь тихо застонал сквозь зубы, впиваясь ногтями в обхватившую его руку.
Уже возле лестницы обернувшись к Никите, Гор раздраженно бросил:
-А ты, что застыл, как статуя в музее? Пошли, поговорить надо.
-Блядь, извращенец озабоченный, - очнулся от ступора Никита и поспешил следом за ними.
***
