Операция «Закрома Родины», провернутая Алешей Драконычем, триумфально завершилась. Пять пещер до отказа набиты золотом, гномы поспешно роют новые хранилища, но с облапошенным Кощеем шутки плохи. Надумал Бессмертный украсть из мира любовь и красоту и через то деяние злое властелином мира стать. Чтоб все только его любили да на плешь его любовались. Значит, что? Правильно, надо извести злодея. А как? Это раньше просто было: отыскал дуб, и далее по накатанной: ларец – заяц – утка – яйцо – игла. Но прогресс-то не стоит на месте! Кощея и ядом травили, и динамитом взрывали, и дустом... нет, вот дустом не пробовали, да ведь все равно ничто не берет окаянного! Антикощеевская коалиция в замешательстве: неужто придется старым дедовским способом от ворога избавляться? И Алеша со товарищи отправляется в путь, полный опасных приключений, смерть Кощея искать...
– Ну усе… усем…
Мозг магрибского колдуна, почувствовавшего себя властелином мира, плавал в чистом медицинском спирте. Выражение «накачан до бровей» к нему не подходило. Колдун был накачан гораздо выше. И в его пьяных извилинах вдруг проснулась мысль: надо помогать людям. Мысль была настолько дикой, что будущий властелин мира попытался немедленно ее изгнать, но она не сдавалась. Это была явно какая-то древняя мудрость, за каким-то чертом всплывшая из глубин памяти.
Магрибский колдун пьяно икнул и оказался в районе Багдада, куда по трезваку ни за что бы не сунулся. На место вышел с ювелирной точностью. Прямо перед ним возвышалось две скалы. В каждой имелось по пещере. А между скалами сцепились в ожесточенной схватке две полупрозрачные личности. Оружие использовалось довольно оригинальное – кирки, ломы и лопаты. Иногда одна из воюющих сторон прекращала битву и начинала яростно откапывать одну из скал, но ничего не получалось, так как противник немедленно начинал ее закапывать.
Разборки местного уровня колдуна не волновали. Сфокусировав правый глаз на правой пещере, а левый глаз на левой, он двинулся к цели, в результате чего оказался точно посередине, распялив глаза в разные стороны, и начал шататься. (Возможно потому, что в голове его шла нешуточная битва. Бились извилины. Одна половина требовала власти над миром, другая страстно жаждала помогать людям.)
Магическая мощь вдупель пьяного колдуна заставила духов, попытавшихся сцепиться в очередной схватке, разлететься в разные стороны.
– Кто это? – спросил один дух.
– Не знаю,– ответил другой,– но ты смотри, какая из него магия прет! Вот кто нас рассудит!
– Точно! Давай о помощи попросим, вдруг он нашу проблему решит?
Колдун встрепенулся. Эти слова помогли извилинам, жаждущим помогать людям, нанести сокрушительный удар противнику. Властелин мира оказался в нокдауне.
– Х-х-хтите об этом пг-г-говорить? – с видом профессионального психотерапевта спросил колдун почти трезвым тоном, стянув мутные глаза в точку.– Х-х-хотите излить д-душу? Я вам помогу.
Духи немедленно воспользовались предоставленной им возможностью и наперебой начали жаловаться. Один кричал, что это его территория, а тут появляется этот недостойный сын шакала и паршивой овцы со своей пещерой и начинает благоустраиваться рядышком. Другой орал, что здесь места не нумерованы, а потому – где хочу, там и ставлю! В запале они чуть было опять не сцепились, но колдун снова пьяно икнул, заставив духов выпасть в осадок.
– Так что вы посоветуете, добрый человек? – робко спросили они.
Добрый человек задумчиво покачался и изрек:
– В-в-вас…– колдун начал старательно пересчитывать духов,– четверо.
– Извините, уважаемый,– деликатно попытался поправить его первый дух,– нас двое.
– Я че… считать не умею?!! – обиделся колдун.
Средь ясного неба громыхнул гром.
– Четверо, четверо!!! – заорали перепуганные духи.
– То-то же…– удовлетворенно качнулся колдун.– Пещер…– на этот раз подсчет занял еще больше времени,– четыре.
– Истину глаголите,– немедленно согласились духи.
– Багдад один.
– Неоспоримый факт! – На этот раз духи душой не кривили.
– А сторон света скока? Четы-ы-ыре…
– Гениально…
Несколько мгновений потрясенные духи хлопали глазами, уставившись друг на друга, а потом кинулись к своим лопатам.
– Так, я свою пещеру ставлю к северу от Багдада, а ты – к югу. Идет?
– Идет.
Бесплотные личности кинулись откапывать свои пещеры.
– Поз-з-звольте… ик!.. а мой г-г-гонорар? – ласково спросил магрибский колдун.
Одного его пьяного «ик!» хватило, чтобы лопаты вырвались из рук бесплотных духов и, преодолев первую, а возможно и вторую, космическую скорость, со свистом ушли в мировое пространство, а сами духи оказались распростертыми ниц у его ног.
– З-з-за что? – отстучал зубами первый дух.
– За п… п… пр-р-рофесс-с-сиональную консультацию.
– Сколько с нас? – промычал второй дух, не рискуя вынуть голову из песка.
И тут в магрибском колдуне очнулся властелин мира.
– У-у-у… совсем чуть-чуть.– Колдун еще раз пьяно икнул, и в его руках материализовался список.– Дублен… нет… дубинка-самобой, скатерть-самобр-р-р… бр-р-р… бранка, медная лампа, старая, раритетная – одна…– Колдун задумался.– Поч-ч-чему одна? – вопросил он пространство.– Пещер-то…– колдун опять начал считать,– восемь. Значит, с вас восемь дубинка-самобой, восемь чувяков-скороходов, ламп медных, старых – восемь, живой-мертвый вода шестнадцать… стаканов… нет… четвертей.
Список был очень длинный, а количество затребованных в качестве гонорара раритетов росло в геометрической прогрессии от пункта к пункту. Спавшие с лица духи, пользуясь тем, что колдун увлекся, подползли друг к другу и начали совещаться:
– Что делать будем? У меня в пещере и половины затребованного не наберется.
– Надо от него избавляться.
– Как? Ты что, не видишь, какая из него магия прет? Почти как от бога.
– Вижу. Прет. А ты не чуешь, какими благовониями от него тащит?
– Чую. Аллах на нашей стороне. Он все видит.
