Битва на Липице полностью

Несколько иную версию развития событий приводит В. Н. Татищев. В примечаниях, ссылаясь на труд эстонского историка Христиана Кельха «История Лифляндии», Василий Никитич приводит следующую информацию (с. 676). Во-первых, численность войска крестоносцев он определяет в 30 000 воинов, чего быть не могло. Во-вторых, историк пишет о том, что командовали рыцарями Вино фон Рорбах и Дитрих Буксговден, что тоже нереально, поскольку фон Рорбах был убит в 1209 году. И в-третьих, согласно Василию Никитичу, Владимир Псковский, узнав о том, что против него выступили меченосцы, дождался, когда противник встанет лагерем, и сам внезапно атаковал крестоносцев. После чего «божьи дворяне» понесли большие потери и убежали в Оденпе.

Битва при Оденпе

Миниатюра Лицевого летописного свода XVI века

Это была крупная победа Владимира Псковского. Мало того это была первая, но далеко не последняя победа русских полков в полевом сражении с братьями-рыцарями. Казалось, что появился реальный шанс выбить из региона крестоносцев и самим закрепиться в Оденпе. В замке закончились припасы, и. по свидетельству Генриха Латвийского, «стали кони объедать хвосты друг у друга» (с. 184). Помощи меченосцам ждать было неоткуда, и Владимиру оставалось только держать кольцо осады и морить врага голодом. Победа была в руках. Однако дальше все опять пошло через пень колоду, поскольку по истечении трех дней стороны вступили в переговоры.

Генрих Латвийский подобный поворот в ходе военной кампании связывает с тем, что русские также стали испытывать проблемы с продовольствием. Вполне возможно, так оно и было, поскольку, как мы помним, новгородцы в течение 17 дней подвергли разорению и опустошению всю округу. И если это действительно так, то они сами себя лишили крупной стратегической победы, которая уже была в кармане. Это был первый подобный случай, но далеко не последний.

Главным условием заключенного договора было то, что рыцари покидают замок Оденпе и возвращаются в Ливонию. Но и русские не удержали за собой этот важнейший стратегический пункт. Трудно сказать, почему так произошло: то ли сказался обычный менталитет при ведении дел в Прибалтике, то ли были какие-то другие причины. Получилось, что новгородцы опять не закрепились на захваченной территории, и блестящий тактический успех князя Владимира потерял стратегический смысл. Русские просто переливали из пустого в порожнее и топтались на месте вместо того, чтобы активно противодействовать установлению католического влияния в Уганди.

Утверждать заключенный договор было решено в Пскове, и Владимир попросил это сделать со стороны ордена своего зятя Теодориха. Однако едва он вышел из замка, как был схвачен новгородцами и отведен в плен. И псковский князь не сумел этому помешать! А может, и не захотел.

Остальные крестоносцы отправились в Ливонию, которая в это время подвергалась набегам со стороны жителей Сакалы.

Епископ Альберт решил довести дело с заключением мирного договора с русскими до конца, а заодно и освободить брата из новгородского плена. По авторитетному мнению Генриха Латвийского, жители Новгорода были «полны надменной спеси и в гордости своей весьма заносчивы» (с. 184). Очевидно, что господа новгородцы осознали, какую допустили ошибку, не оставив в Оденпе гарнизон, и теперь решили ее исправить. Они дали послам епископа от ворот поворот, а сами отправили доверенных людей к эстам, чтобы склонить их к совместному выступлению против крестоносцев. Старейшины эстов очень положительно отнеслись к данному предложению, отправили в Новгород богатые дары, и стороны начали обсуждать планы грядущей войны против католиков. Но вскоре возникли непредвиденные трудности. Дело в том, что Мстислав Удатный решил снова попытать счастья в борьбе за Галич и в очередной раз покинул Новгород.