На секунду их глаза встретились в зеркале. Мелани как будто хотела что-то сказать. Для Теннисон было самое время попросить прощения. Признать, что ей не следовало так поступать тогда. Она открыла рот… Однако во взгляде бывшей подруги что-то промелькнуло, и он снова стал суровым. Момент был упущен.
Мелани отвернулась.
– Будут и другие вечеринки с подарками. Мои подруги по книжному клубу и несколько мам из родительского комитета тоже что-то готовят.
– Да, знаю. Марк сказал, что одна из подруг Эммы звонила по поводу девичника, и у него уже есть для этого отличная идея. – Теннисон коснулась язычка «молнии» сзади. – Не поможешь?
Мелани молча протянула руку, расстегнула платье и тут же скрылась в своей кабинке, кажется, жалея о допущенной оплошности и стремясь вернуться к выбранной прежде оборонной тактике.
Вот чем они стали теперь – две бывшие подруги, которым уже не найти дороги назад, к тому, что между ними было. И все из-за мужчины. И из-за самолюбия. Из-за того, что одна из них разрушила их дружбу словами, которые никогда не должны были быть произнесены.
Теннисон не могла этого изменить. Как бы сильно ей ни хотелось.
Мелани сидела в машине у дома матери, посматривая на часы в телефоне и барабаня пальцами по рулю. Садовник вырывал неопрятно выглядевший львиный зев – это нужно было сделать еще несколько недель назад, – и высаживал взамен ярко-красные бегонии. Июньское солнце начинало активно припекать, напоминая, что перед поездкой к морю через несколько дней надо купить крем от загара. Не хватало еще появиться на празднестве красной как омар.
Бикини своего размера на распродаже найти не удалось. Пришлось платить полную цену за дурацкий закрытый купальник, чтобы было в чем ходить на пляж. Мелани, правда, не чувствовала особой вины – предыдущий она покупала целых пять лет назад, и он уже потерял товарный вид. Счет по кредитке в этом месяце выйдет просто астрономический из-за платья от Каролины Эрреры, привезенного из Далласа, но, черт побери, надо же и на себя иногда тратиться! Разве она не заслужила? Да и какой прок копить деньги, если все, что они с Китом сохранят, потом бездумно растратят дети?
Где же Хиллари? Мелани посигналила. В два часа их ждал Марк Мэллоу; он и так втиснул дегустацию тортов между парой других встреч и ясно дал понять, что предпочел бы обойтись без задержек.
Наконец дверь открылась, и на пороге появилась сестра – в длинном свободном платье, с завитыми волосами. Ее невероятная худоба всякий раз заставляла Мелани вздрагивать. Хиллари была без сумочки и направилась сразу к водительскому месту. Уже зная, что будет дальше, Мелани опустила стекло.
– Привет! Что-то случилось?
Хиллари огляделась так, будто нечаянно вышла из дома голой, а кусты вокруг кишели папарацци.
– Слушай, тебе, наверное, лучше поехать одной. У меня сегодня какое-то не очень праздничное настроение, боюсь все испортить.
У Мелани все внутри так и упало. Сестра не едет.
– Я не понимаю… Ты ведь хотела побыть со мной и Эммой! Все из-за того, что это дегустация торта?
– Нет, нет…
Хиллари махнула тощей, как лапка паука, рукой. В свете полуденного солнца вид у сестры был совсем изможденный. Прежде роскошные волосы истончились, кости так сильно торчали, что представить больно, как она на них лежит, а некогда ярко-голубые глаза подернулись тусклой пленкой. От Хиллари осталась буквально бледная тень ее прежней. У Мелани сжалось сердце.
– Я бы хотела поехать, просто… Я не могу, Мелли-Джелли. Знаю, ты не поймешь, но…
Сестра смолкла, не находя слов. Мелани тоже не знала, как ее утешить, чтобы та не переживала из-за невозможности показаться на людях.
– Все нормально.
Вранье. Однако злиться из-за того, что сестра не в силах отодвинуть свои страхи на задний план ради кого-то и не может справиться с недугом, было все равно бесполезно. Высказанное недовольство только еще больше отдалило бы ее от Мелани, а они и так сейчас разобщены как никогда.
– Прости, Мел. Правда. Я люблю вас с Эммой и думала, что смогу сегодня выбраться, но я… просто не в состоянии.
Мелани проглотила ком в горле, едва сдерживая слезы. Ей очень хотелось, чтобы Хиллари тоже приняла участие в подготовке, став еще одним буфером против парового катка Теннисон с ее «сногсшибательными» идеями. Надеялась, что сестра примет участие в подготовке свадьбы, что они снова наладят контакт, что совместная работа над чем-то столь важным и памятным поможет Хиллари обрести почву под ногами и придаст желания поправиться. Глупо, конечно, но так хотелось вернуть ее прежнюю!
– Я понимаю. Жаль, что ты не можешь сегодня. Но ведь на праздник в следующие выходные ты придешь? Он будет у Теннисон и… ну ты в курсе…
Та кивнула.
– Да, постараюсь. Насколько я помню Теннисон, людей наверняка приглашена куча, так что на меня никто и внимания не обратит, не заставит почувствовать, будто я в стане врага.
– Мне пора, – заметила Мелани, бросив взгляд на часы на панели. – Я и так уже опаздываю.
– Извини, – проговорила Хиллари, пряча глаза.
