— Проваливайте, — яростно всхлипнула она. — Мача, Неман, Морригу — думаете, я вас не знаю? Думаете, не понимаю, что вы пытаетесь прогнать меня отсюда? Но у вас ничего не выйдет. Я остаюсь здесь!
Один долгий, почти бесконечный момент Вороны Войны молча разглядывали смертную пустыми дырами глаз. А затем, точно по сигналу, расправили крылья и медленно взмыли ввысь.
Шум боя утих. Сражение наконец-то закончилось и пыль улеглась, позволяя девушке разглядеть неровный каменистый пейзаж вокруг и черный пруд у подножия груды гранитных валунов. Увидела Ашалинда и всадников — как Светлых, так и людей, — спешащих к пихте, под которой она стояла. Ей показалось даже, будто она слышит, как они зовут ее, но как-то смутно, точно издалека. Душераздирающий шум обвалов, удушающая пыль, пережитый страх — все это подкосило силы бедняжки. Истощенная до предела, она уже почти ничего не осознавала, мечтала только об одном — наконец обрести безопасное укрытие. На миг ей показалось даже, что возлюбленный бросил ее. Она так устала, что не могла уже выносить никаких ужасов и чувствовала себя совсем беззащитной.
Внезапно вода в заводи всколыхнулась и из нее показался одноглазый человек с огромной, качающейся из стороны в сторону головой. Его торс вырастал прямо из лошадиного туловища, изо рта извергался зловонный белый пар. Кожи на нем не было, а ободранное тело сочилось темной кровью. Видно было, как эта густая черная кровь течет по желтым венам, а могучие сухожилия толщиной с лошадиную уздечку зловеще сокращаются в такт каждому движению чудища. Вот он шагнул к Ашалинде, протягивая к ней единственную, но необыкновенно длинную руку.
И тут, увидев жуткого Накалэвие наяву, девушка потеряла голову. Мужество покинуло ее. Ужасные картины, представшие ее взору в волшебном зеркале Моррагана, неоднократно слышанные страшные истории преисполнили бедняжку слепого, нерассуждающего страха. По обычаю Светлых, Ангавар расправился с чудищем, но не уничтожил его до конца. Именно этот неявный, один из самых отвратительных колдовских созданий, убил родителей принца Эдварда.
Испустив сдавленный крик, девушка бросилась бежать, петляя среди камней.
Она слышала отчаянно зовущие ее голоса. Но громче этих голосов в ушах у нее звучал цокот копыт чудовища и зловещее ритмичное шипение, точно из кипящего чайника. Земля под ногами была прорезана сетью коварных трещин, из которых, точно червяки после дождя, выползали гнусные маленькие существа — подземные жители, что не любят света и боятся его. Обвалы разрушили их норы, выгнав их на поверхность. В ушах Ашалинды бешеным быком ревела кровь. Затылок вдруг обдало жаром, точно его уже коснулось зловещее дыхание Накалэвие. Она боялась замедлить бег даже настолько, чтобы оглянуться, но черпала хоть какое-то облегчение в том, что, судя по звукам шагов, копыта Накалэвие скользили и разъезжались на осыпающейся почве. Наверное, это помешает ему ее догнать! И все равно лопатки сводило ожидание удара могучего кулака, который в любую секунду мог швырнуть ее на жесткие камни.
На бегу девушка лихорадочно, точно затравленный зверь, выискивала глазами место, куда бы спрятаться. В просветах между каменными столбами проглядывало шелковистое небо, переходящее из бледно-голубого в темно-синее. Перистые облака перечеркивали его, словно нарисованные мелом. Впереди, прямо перед Ашалиндой, замаячила высокая скала в форме руки. К ней прислонялся тоненький обелиск цвета розы. Поверх обеих скал лежала плоская плита, похожая на притолоку двери. Рядом, в гранитной выбоине, плескался маленький темный прудик.
На вид ничем не отличающаяся от множества других трещин, эта расщелина тихо и неподвижно чернела в глубоких тенях. Она находилась здесь уже много веков — именно здесь находились заветные самые Ворота. Правда, они чуть-чуть изменились: сбоку, в том месте, где они оставались чуть-чуть приоткрыты, виднелась тонкая-претонкая щелочка.
Вот безопасное укрытие, вот он — путь к спасению от чудовища, что гонится по пятам!
Палец Ашалинды скользнул в почти невидимое отверстие. И от прикосновения массивные стены портала легко, как перышки, разъехались в стороны. За ними, впереди, лежала заветная гавань. Но хотя за спиной уже стучали, разлетаясь из-под копыт Накалэвие, мелкие камешки, беглянка помедлила, пораженная знакомым ощущением — что она забыла нечто очень-очень важное.
И в этот шаткий миг равновесия на зыбкой земле у самого основания Ворот тонкий слой мелкозема, расшатанный тяжелой поступью Керба, вдруг взял и осыпался. Горсть гальки с шелестом упала на плоский камень, прикрывавший нору в земле. И, потревоженная этим шелестом, из норы выскочила крыса. Маленькие коготки проворно пробежали по ноге Ашалинды.
Это было уже чересчур!
Страх и отвращение пришпорили девушку. С отчаянным криком она проскользнула в Ворота и, откинув ногой три локона и сломанный нож, крепко захлопнула портал.
