Буквально через семь минут я наконец-таки закончил; одним концом «усы» были намертво прищеплены к аккумулятору, другим выходили через решётку радиатора и тут же ныряли в щель между дверью и стеной, а крышка капота была плотно закрыта. Таким образом, попасть в дом через дверь было невозможно; машина почти упиралась во входную дверь, которая, по счастливой случайности, находилась не высоко, как это обычно бывает у коттеджей (когда вход в них находится на некотором возвышении, на этаком крыльце, и до двери нужно подниматься по нескольким ступенькам). Провода же незаметно спускались из-под капота и просачивались внутрь здания так, что по моим соображениям, не наделённые интеллектом зомби вряд ли могли нарочно их оборвать и тем самым лишить нас возможности обороняться при помощи ультрафиолета. Гоша подал мне руки, и я залез внутрь коттеджа через окно, весь бледный и трясущийся от овладевшего мной с ног до головы страха. Солнце окончательно скрылось за горизонтом и всё снаружи целиком погрузилось во мрак…
Оказавшись внутри, я немножко «отошёл», сердце стало биться более редко, а не молотило под сто двадцать ударов в минуту, как несколько мгновений назад. Но с каждой минутой напряжение всё же стремительно нарастало. Нужно было спешить. У нас не было права бездействовать даже секунду! Я наспех отрезал вилку питания у кварцевой лампы и ножиком содрал изоляцию с проводов. Затем прикрутил зачищенные концы проводов от лампы к зачищенным же проводам инвертора, торчавшим из щели возле металлической входной двери. «Спасибо тебе, Господи! – шептал я про себя. – Спасибо, что я теперь по эту сторону баррикады». Я не мог нарадоваться, что теперь я видел эту тяжеленную облупившуюся входную дверь изнутри, а не снаружи дома. Буквально пять минут назад там, на улице, я считал секунды до того момента, как окажусь внутри, и вот я здесь… «Будем бороться, будем жить!» – заключил я вполголоса, когда провода надёжно были связаны с «усами». Затаив дыхание и приготовившись к худшему, я нажал на кнопку включения кварцевой лампы. Лениво защёлкав, обе трубки, наполненные заветным газом, начали накаливаться, и через несколько секунд неяркий ультрафиолетовый свет разлился по прихожей.
– Еее-ес! – довольно громко воскликнул я, совершенно позабыв про все меры предосторожности… Гоша, увидев, что моя конструкция работает, вытянул правую руку с оттопыренным вверх большим пальцем. Убедившись, что моя импровизированная многозвенная конструкция работает, я сразу же погасил лампу, чтобы зря не сажать аккумулятор машины.
Теперь нам предстояло максимально укрепить все возможные лазы, которые могли использовать живые мертвецы для проникновения в дом. Мы с Гошей оба безумно нервничали, готовя здание к обороне; делали всё быстро и переговаривались, естественно, вполголоса, тоже очень торопливо и напряжённо. В любой момент оно, – то страшное, от одной мысли о котором морозец пробегал по коже, и кровь стыла в жилах, – могло начаться…