Шталенков, заварив-таки, наконец, чай и разлив его по кружкам, рассказал нам, что с месяц назад приезжали в Москву норвежские делегаты от их министерства обороны с переводчиками. Мол, что их как раз к Шталенкову адресовали, чтобы он их принял. Цель их приезда была разузнать, что да как у нас, какие дела с афганцами и тому подобное. "Дело понятное, — говорил он, — что вся Европа слухами полна об этой напасти, что каждая страна по-своему готовится к возможной необходимости отражения атак афганцев, но, конечно же, помогать никто не спешит — ситуация сейчас не та: тут бы жизнь нормальную наладить, промышленность хоть как-то поднять, в общем, не до помощи. Вот и надеются все на нас, мол — наша проблема, мы и отразим натиск. Дураки! — злился Шталенков. — Мы сейчас тут ляжем все под этими афганцами, а они следом. Тьфу блин… Ну да ладно. — Шталенков перестал кипятиться и продолжал по делу. — Но норвежцы, что очень меня удивило, помощь предложили. Конечно не то, чтобы всем своим четырёхмиллионным населением приехать и в мясорубку кинуться, нет… Ничего конкретного они не предложили, а выразили готовность в экстренном случае оказать посильную технологическую поддержку, если оная понадобится. Интересно то, что они одни из всех европейцев наиболее безболезненно "Конец" света пережили, у них там и с инфраструктурой всё в порядке — почти как раньше, ну, то есть, до катаклизма. Говорят, за счёт большого числа атомных станций смогли сперва пережить беду, а затем и восстановить урон почти полностью, — закончил Шталенков. Мы, затаив дыхание, слушали дядю Диму. Почему-то сам факт предложенной скандинавами помощи и того, что Норвегия как бы и не почувствовала "Конца" света, живёт себе своим чередом и ещё очень далека от конца "Света" вселил в меня оптимизм. За два года я настолько отвык от мысли, что всё сможет когда-либо быть "как раньше", что слова дяди Димы о том, что где-то, сравнительно недалеко, в настоящее время и есть "как раньше" заставили моё сердце биться чаще. Я вдруг захотел и в самом деле "Бороться до самого конца!" и словно почувствовал почву под ногами.
Так вот к чему я клоню… — сейчас Шталенков должен был сказать что-то чрезвычайно важное, мы с Андреем затаили дыхание… — Буквально сегодня ночью Карамзин, наш главный, заявил на экстренном совещании, что по всем объективным оценкам существует только единственный шанс, — Шталенков сделал глубокий вдох, а потом выдохнул. Ему тоже было нелегко говорить эти слова, — …не кануть в Лету. И шанс этот заключается в следующем: необходимо самим соорудить подобную американской тарелку, только более мощную, и настроить её на частоту волн, отпугивающих зомби.
Но… — только открыл рот Андрей, как Шталенков, не дав ему договорить, продолжил:
Да, мы этого не сделаем. Даже в Питере. У нас нет на это ни времени, ни, самое главное, никаких ресурсов.
Норвегия? — лаконично спросил я.
Именно! Нужно как можно скорее туда ехать, отвезти все результаты исследований наших учёных и просить норвежцев повлиять на ход истории, благо они находятся в весьма безопасном на данный момент положении, хотя бы чисто географически, и у них есть ресурсы и время соорудить эту тарелку.
Но, дядя Дим, а как же вы планируете тут выжить, раз уже афганцы совсем близко, а тарелка эта, даже если её и соберут в Норвегии, то, во-первых, не факт, что сработает, а во-вторых, уйдёт немало времени на её запуск и, вероятно, даже в случае успеха идеи с тарелкой, России уже может и не стать к тому времени? — задал я тяжёлый вопрос.
Согласен, неужели ну никак нельзя у нас тарелку построить? — подхватил Андрей.
Нет, нет у нас ресурса, как ни крути. Если бы можно было, разве не стали бы? — убил последние наши надежды Шталенков.
Во чёрт, чёрт! — я чертыхался от безвыходности. В голове у меня не укладывалось то, что совсем недавно находившийся под Самарой фронт с недели на неделю может быть уже вдоль МКАДа.
Я искренне надеюсь, ребятки, на то, что прожектора с ультрафиолетовыми лампами смогут существенно затруднить прорыв нашего МКАДовского фронта афганцами, ну честно! У нас есть возможность в течение нескольких месяцев подавать достаточное напряжение с генераторов и дизельных подстанций, чтобы питать несколько десятков тысяч прожекторов вдоль всего МКАДА. С сегодняшнего же дня военные приступят к укреплению МКАДА и, в первую очередь, установке прожекторов и подведению силовых кабелей. Тьфу-тьфу, но дизеля у нас, припасённого на чёрный день, хоть залейся. Так что, надеюсь, когда вы вернётесь из Норвегии после запуска тарелки, мы тут будем целые и невредимые, хотя и весьма потрёпанные.
Мы с Андрюхой сделали настолько удивленные лица, что дядя Дима не стал тянуть с объяснениями и тут же продолжил:
