П. Грудинин: Да. Пропало очень много зерна. А вот еще Вам пример. Вы знаете, какое огромное количество денег тратит государство на сохранение этого зерна на элеваторах? Так вот недавно министр заявил, что для того, чтобы хоть как-то провести интервенции, нужно еще 10 миллиардов, для того, чтобы это зерно еще хранить. Они же потом не знают, куда его потом деть.
Ведущий:
П. Грудинин: И в результате они потратили четыре или пять миллиардов на хранение. Сейчас должны всем элеваторам. И эти элеваторы заполнены старым зерном. То есть мы за год не разобрались с этим. А новых мощностей для хранения зерна, для перевалки его, вывоза, у нас нет. И поэтому, скорее всего, реальная действительность сильно отличается. А какая вам разница, сколько вы произвели зерна, если оно в большом количестве пропадет в тех местах, где оно произведено. Вас это радует?
Ведущий:
П. Грудинин: Вам могут рассказать что угодно. Но вот к примеру, информация от бывшего заместителя министра сельского хозяйства, который говорил, что да, мы производим много овощей и картофеля, и, также, фруктов. Но 50% фруктов, плодов и 30% овощей пропадает там же, где мы их произвели.
Ведущий:
П. Грудинин: Какие там рекорды, расскажите?
Ведущий:
П. Грудинин: Вот смотрите. Вы, например, не имеете денег, чтобы купить курицу, свинину. Я Вам сейчас по-другому посчитаю. Я об этом, кстати, недавно говорил на парламентских слушаниях. Что такое продовольственная безопасность? Это когда мы знаем, например, что у нас 140 миллионов населения, а каждый человек…
Ведущий:
