– Ты правда считаешь, что сможешь совладать с правительствами всего мира?
– Уже смогла.
– Люси… Они сбросят на тебя ядерную бомбу.
– Ха! – Лукреция рассмеялась и заиграла быстрее, прибавив две жучиные ноги на верхнюю и нижнюю октавы. – Злые мальчишки со своими страшными бомбами! Все должны трястись от страха, когда хулиганы машут кулаками. Только я их не боюсь! «Биом» – самодостаточная экосистема с перенасыщенной кислородом атмосферой. В шестиугольных ячейках конструкции использовано непробиваемое стекло армейского образца, такое обычно бывает в кабинах стратегических бомбардировщиков класса «Стелс». И к тому же более половины комплекса размещается под землёй. Если меня попробуют бомбить, я уничтожу ещё больше их запасов продовольствия, как это было в Индии. А если применят ядерное оружие, с таким же успехом люди могли бы самих себя разбомбить, ведь тропические леса Амазонки – лёгкие планеты. Они уничтожат собственную почву, собственные урожаи и собственные запасы пресной воды. Я превратила Землю в огромную шахматную доску и поставила противнику шах и мат!
– Но зачем?
– Бартоломью, я намерена изменить ход истории. Я истреблю человечество и заново заселю планету дикими животными. В живых оставлю только тех людей, для кого окружающая среда важнее собственной бессмысленной жизни.
– Я понимаю, что тебе это кажется решением проблемы, но…
– Проблема глобального потепления не имеет решения. Это мы довели планету до ужасного состояния. Точка невозврата давно пройдена.
– Люси, это абсолютно неверно! – Барти обошёл вокруг рояля, чтобы смотреть ей в лицо. – Пострадают прежде всего слабые. Дети и бедняки умрут от голода в первую очередь.
– Тут уж ничего не поделаешь. Спасение человеческих существ не входит в мою задачу. Моя задача – спасти планету. Я одна в достаточной степени неравнодушна, чтобы хоть что-нибудь предпринять по этому поводу.
– Ошибаешься! – Барти с силой ударил кулаком по крышке рояля, но Лукреция продолжала играть всё агрессивнее. – Неравнодушных людей – миллионы!
– Где же они? – прошипела Лукреция. – Я вижу другое. Люди защищают накопленные богатства и власть, они избирают политиков, которые всё делают для того, чтобы богатые богатели, а бедные становились ещё беднее. Окружающая среда их не волнует, а в изменения климата они попросту не желают верить.
– Это ещё не всё человечество! – возразил Барти.
– Где восстания, где революции? – вскричала Лукреция. – Где те люди, которые потребовали бы при выборах прежде всего принимать во внимание вопросы экологии? Что-то я не слышу их протестов! – Мелодия становилась всё более бурной, она гремела в лихорадочном ритме. – Человечество слабо, именно поэтому планете нужна
– Проблему перенаселённости можно решать и другими способами.
– Нет достаточно действенных способов, а если бы и были, люди, стоящие у власти, не дадут им хода. Бартоломью, мой подход – единственно возможный. – Она улыбнулась, оскалившись, как жуткое привидение. – Вообрази, какой прекрасной станет наша планета, когда я закончу выбраковку и в дикую природу вернутся гигантские насекомые!
– Кто поставил тебя на место Бога? – прошептал Барти, качая головой.
– Я сама себя поставила! А люди будут мне поклоняться и выполнять мои повеления – или умрут.
Она подалась вперёд и втянула воздух остатками носа. Музыка взмыла ввысь и обрушилась водопадом звуков.
Барти вдруг узнал мелодию. Это была увертюра к опере «Тангейзер». Когда-то давно Люси водила его в Королевскую оперу послушать это произведение. Она всегда любила Вагнера.
Барти шагнул вперёд и, закрыв глаза, положил ей руку на плечо.
– Ты в самом деле не боишься бомб? – тихо спросил он.
– Пусть делают что хотят. – Она склонилась над клавиатурой, её туловище раскачивалось в такт музыке. – Подземную часть «Биома» можно загерметизировать, изолировав её от верхних теплиц. Взрыв нас не коснётся, и ядерные осадки никак на нас не подействуют. Мы сможем существовать автономно в течение десятилетий, а вот остальная часть планеты сильно пострадает. – Лукреция рассмеялась. – Знаешь старую поговорку: мол, после ядерной катастрофы выживут только тараканы? Это неправда. Выживут все жуки!
– Ты всё продумала.
– Бартоломью… – Она подняла голову и посмотрела на него. – В своё время ты открыл мне глаза на красоту нашей Земли. Ты подвёл меня к краю пропасти и заставил раскрыть свой ум и сердце для мира природы, а потом бросил. Мне осталось наблюдать, как человечество истребляет один вид живых существ за другим, выжигает и перепахивает их ареалы выживания. Сколько ещё миль Большого Барьерного рифа нужно уничтожить, чтобы у тебя кончилось терпение? Сколько ещё целлофановых пакетов надо найти в желудках у китов? Сколько квадратных миль тропического леса променять на нефть?
