Зарубин согласился присутствовать на совещании, неважно из вежливости, или любопытства, но в пятницу в четыре часа, мы вместе стояли во дворе управления и беседовали с Орловым. Поблагодарив Леонида Ивановича за визит, тот обратился ко мне: «Саша, они планируют задержание Закревского, в подробности я не посвящён, знаю только, что в операции будут задействованы два сотрудника нашего управления. А теперь, идите в мой кабинет, вас там уже ждут».
Мы вошли в кабинет, и у меня отняло дар речи, там сидела Катя. Кроме неё, за столом сидели двое мужчин в армейской форме, один в звании полковника, сидел в кресле Орлова. Но моё внимание сразу привлёк второй, с погонами капитана, он смотрел на меня и пытался сканировать. Это мне, мягко говоря не понравилось, и я контратаковал. Капитан схватился за голову: «Всё хватит, я понял!» — с нотками боли в голосе, пробубнил он.
— Александр, хватит! отпусти его. — Сказал Зарубин, стоящий за моей спиной. — А вы молодой человек, лучше не провоцируйте.
— Ну всё, хватит! в конце концов, мы в одной команде, — сказал полковник, предлагая нам присесть. — Меня зовут, Антон Кузьмич Воронин, я руковожу операцией. А это, мой помощник, Андрей Васильевич Леванов, с ним, как я понимаю, вы уже познакомились, хоть и довольно своеобразно. Вы, если не ошибаюсь, Леонид Иванович? — спросил он, посмотрев на Зарубина и не дожидаясь ответа, обратился ко мне с Катей. — Вас молодые люди представлять нет надобности, поэтому сразу преступим к делу. Итак, по городу разгуливает телепат, с маниакальными наклонностями, который возомнил себя богом, управляющим людьми, пока на его пути не повстречался другой телепат. — Полковник посмотрел на меня. — Теперь, чтобы удовлетворить своё эго, ему надо пробить твою защиту Саша. Он знает, что сделать это, у него получиться только в том случае, если ты будешь в состоянии шока, стресса или страха. Видя, как ты прячешь Катю, за дверями управления, при вашем последнем контакте, он понял, что испугавшись за неё, ты можешь ослабит собственную защиту. Я правильно рассуждаю, Леонид Иванович? — спросил полковник у Зарубина.
— С точки зрения вашего оппонента, вы рассуждаете правильно. Закревский, кажется, так его зовут, уверен, что Саша не владеет своими способностями, поэтому думаю, он будет действовать, так как вы предполагаете. Только теперь его ожидает сюрприз. Саша способный ученик, и очень сильный телепат. В вашей конторе, наверняка есть досье, на меня, и таких как я, уверен, что вы с ним ознакомились, и знаете, что я считаюсь одним из самых сильных телепатов, так вот, Саша намного сильнее меня.
— Вы хотите сказать, что Саша сможет самостоятельно справиться с ещё одной атакой Закревского? — Спросил капитан.
— Уверен, в отличие от вас он активный, в чем вы могли убедиться при нашем знакомстве. К тому же у Александра есть стимул. — Взглянув на Катю, и улыбнувшись, добавил. — Да ещё и такой симпатичный. Думаю теперь, вам больше нужно волноваться, чтобы при следующей встрече не пострадал сам Закревский.
— Леонид Иванович, вы говорите, что Саша сильный телепат? — Спросил полковник. — Вы можете объяснить, в чём именно эта сила выражается?
— Понимаете, не существует официальной шкалы, по которой можно измерить силу телепатических способностей. Хотя, способ всё же есть, обычно, телепат может установить контакт на расстоянии до пятидесяти метров. Сильным считается тот, кто может сделать это до ста метров, таких, насколько мне известно, можно перечислить на пальцах одной руки. Так вот, так считалось до моего знакомства с Александром, который может использовать свои возможности как минимум до двухсот метров, приблизительно такой длины переулок около моего дома, уверен, будь он в два раза больше, Александр тоже бы справился.
— Вот и отлично, Сашины возможности, намного упростят операцию, по задержанию Закревского. Что касается операции, мы установили камеры наружного наблюдения возле дома Закревского, но он там ни разу не появился. Зато камеры, установленные возле дома Кати, засекли его дважды, поэтому задержание, будем проводить в этом районе.
— Вы, знаете, что Закревский следит за Катиным домом!? — Чуть ли не выкрикнул я. — И до сих пор не арестовали его?
