Да он ограничил свободу, свернул демократические преобразования. Однако, где еще каждая уборщица может позволить себе месячный отпуск провести на лучших курортах вселенной, например на Тусе?»
После мысленной тирады Жак все-таки углубился в Достоевского.
Из чтения его пригасил в реальный мир звуковой сигнал и красный индикатор. Корабль вышел из подпространства.
— Диспетчер, я «Пегас». Прошу орбиту.
Диспетчеры знали этот корабль, поэтому лишних вопросов не задавали.
— «Пегас», я диспетчер, орбита 25B.
Жак заложил в компьютер полетные данные. Через некоторое время загорелся желтый индикатор, и он подал команду на спуск посадочного модуля. Контейнеры сейчас не были нужны, их можно было оставить и при корабле.
На площадке перед дворцом Диктатора Жака ждали дежурный адъютант и офицер таможенной полиции. Ремю расписался в поданных полицейским бумагах и направился за адъютантом к зданию. Все было сделано четко и без лишних слов. Каждый знал свое движение до мелочей, и Жаку нравилась такая игра.
Дворец представлял собой белое трехэтажное весьма обширное здание без излишеств и украшательств. Казалось, каждый кирпичик выполняет свою задачу и четко ее знает. Вокруг него располагался большой парк с зонами отдыха и спортивными площадками. Любой гражданин Барлока имел право прийти сюда отдохнуть. У здания и в парке дежурили полицейские. Они все по очереди козыряли мини кортежу Жака и адъютанта по мере приближения их к дворцу.
Виктор ждал на крыльце. Он был рад встрече со старым другом. Мужчины познакомились еще в Сорбонне, они вместе учились на бакалавров экономики. Потом судьба их разметала в разные стороны. А встретились через несколько лет. Жак стал возить грузы, а Виктору был необходим поставщик военного и полицейского инвентаря, ибо никто не хотел поставлять это напрямую.
Друзья пожали друг другу руки и обнялись.
— Наверное, что-то есть для меня? — с хитрым прищуром спросил Вайбер.
— Конечно, я ж к тебе только по делам, — шутливым тоном ответил Жак.
Они пошли внутрь дворца.
Первый этаж здания занимали различные разрешенные или как их называл Диктатор «адекватные» общественные организации, в том числе здесь располагались представительства конструктивной аппозиции. Второй этаж занимало правительство с аппаратом. Третий этаж — аппарат Диктатора и его рабочие апартаменты. Все, что не помещалось в кабинетах здания, считалось «излишними структурами».
Жак еще раз осмотрел дворец и отметил про себя: «И все вокруг говорят, что здесь нет демократии».
Друзья, болтая не о чем, дошли до третьего этажа и направились в сторону апартаментов. Жаку всегда было приятно идти с Виктором. Все дежурные полицейские на лестнице и в коридорах вытягивались в струнку и козыряли, а те, кто стоял у дверей, их открывали.
Красиво и величественно.
У рабочего кабинета находился очередной дежурный адъютант.
— Маркус, — обратился к нему Вайбер. — На ближайшие два часа меня нет ни для кого. И распорядитесь по поводу обеда на две персоны. — По-местному времени часы подходили к часу дня.
— Есть, — ответил офицер и вытянулся по стойке смирно.
— Как ты их так вышкаливаешь? — спросил Ремю, когда друзья вошли в кабинет и за ними закрыли двери.
— А как без этого? Дисциплина — прямой путь к успеху. В том числе и государства. Это я им не устаю повторять.
Мужчины расположились в удобных креслах, стоящих рядом.
Виктор заговорил первым:
— Ты, наверное, по моей заявке относительно бронетранспортеров.
— Конечно, как только увидел и нашел что-то подходящее, стразу к тебе.
— И что это?
— Это «Молоты» Курганского вагонзавода. Сборочный цех на Новой Сибири. И кое-что в дополнение.
— Это интересно. И что в дополнение?
— За полтинник десять специалистов завода, которые обучат экипажи и техперсонал.
— Отличное предложение. Когда можно поставлять?
— Судя по бумагам хоть сейчас.
— Вот и славно.
Загорелась белая пульсирующая лампочка над дверью кабинета, означающая, что за ней ждет посетитель.
— А это обед, — сказал Виктор и нажал кнопку в бесчисленном ряду на столе.
Вошла официантка в полицейской форме, белом накрахмаленном фартуке и такой же шапочке, толкая перед собой тележку.
Она покрыла боковой стол скатертью и, не проронив ни слова, накрыла его на две персоны.
— Обед подан, — произнесла она и, приняв строевую стойку, стала ждать дальнейших распоряжений.
— Спасибо, Марта. Можешь быть свободна.
Жак знал, что хозяин кабинета не любит, когда прислуживают за приемом пищи. Супы и напитки он всегда себе и гостям наливал сам, тоже с закусками, вторыми блюдами и их гарнирами. Виктор говорил: «Даже Диктатор должен делать что-то сам физически, например, подавать себе и гостям еду».
За обедом разговор продолжился.
— А там некуда пристроить десантные корабли? — спросил Вайбер, разливая по большим тарелкам ароматный суп. Судя по всему, это были щи. У него был великолепный повар, который готовил блюда разных народов, сегодня были блюда русской кухни.
— В смысле? — удивился Жак.
