Направляясь к метро, Джуди отметила, что деловое транспортное движение поредело и на улице стали появляться бездомные. Все были одеты не по сезону, во множество — один поверх другого — драных свитеров и курток, из дырявых перчаток торчали пальцы, а наиболее предпочитаемым одеянием явно являлись длинные, до лодыжек, потертые армейские шинели из грубого сукна. Женщин можно было отличить от мужчин разве что по бесформенным юбкам. Все свои жалкие пожитки эти люди несли с собой в прозрачных пластиковых пакетах. И всех их роднило отрешенное, отсутствующее выражение лиц. Казалось, они и брели-то безо всякой цели, возможно, лишь для того, чтобы согреться. Обездоленные не поднимали глаз, не смотрели по сторонам, а прилично одетые прохожие старались их не замечать.
Неожиданно Джуди осознала, что и сама она, весь тот период, когда ей пришлось бороться за место в жизни, непроизвольно игнорировала существование этих несчастных. Слава Богу, ей не пришлось испытать подобного! На миг она ощутила прилив страха такой силы, что ее пробрала дрожь.
— Давай возьмем такси, — предложил Терри, неверно истолковав зябкое подергивание ее плеч. — Становится прохладно.
— Не стоит. Доберемся и на метро.
— Чепуха, — отмахнулся Терри, с демонстративной галантностью подзывая машину. — Я вставлю это в счет моему клиенту как непредвиденный расход на консультацию с крупным специалистом. Каковым — с сегодняшнего дня — являешься ты, леди Джи.
Такси остановилось у номера 600, на углу Мэриленд и Си-стрит.
— Здесь, — Терри указал на узкий дом, отличавшийся от других зеленой штукатуркой поверх кирпичной кладки. — Вообще-то я дал себе слово сменить район как только закончу учебу, но привязался к этому месту. Я вообще привязчивый… После тебя, Джуди, — он расплатился с водителем, получил квитанцию и вышел из машины.
Этот район с его красивыми домами — каждый отличался от другого отделкой фасада, изящными эркерами и миниатюрными, ухоженными лужайками показался ей просто очаровательным. Она поднялась следом за Терри на крыльцо, одолела два лестничных марша и остановилась перед дверью. Терри открыл замок и включил свет.
Ее взору предстала уютная гостиная начала века, главным украшением которой служил камин с кованой решеткой, выполненной в том же стиле, что и крыльцо. Рядом с камином находилась металлическая корзинка с поленьями, а на каминной полке расположились оловянные кружки и книги. Бежевый коврик покрывал старинный паркет.
— Располагайся, чувствуй себя как дома, — он указал на стоявшую напротив камина кушетку, над которой висела длинношеяя хромированная лампа. На миндалевидном пластиковом журнальном столике стопками лежали номера «Санди Вашингтон Пост». Правый угол комнаты оформляли оттоманка и приземистое кресло, обитое шоколадного цвета плюшем.
— Одну секундочку, — он исчез за вращающейся дверью. Прозвучали его удаляющиеся шаги, потом какой-то стук: не иначе как выдвинулся ящик.
— Куда я это запихал? — прозвучали слова Терри, подтверждая ее догадку. — Ага, нашел!
Спустя момент он появился с пачкой скрепленных скоросшивателем бумаг и плюхнулся рядом с ней на кушетку, небрежно закинув руки за спинку.
— Тебе нравятся настоящие камины?
— Хм. Я люблю запах горящих поленьев.
— Вот и прекрасно. Сейчас мы с гобой откроем отопительный сезон в Вашингтоне.
Скомкав взятую со столика газету, он опустился на корточки перед камином, засунул туда растопку, положил на бумагу несколько щепочек, а сверху соорудил нечто вроде домика из трех поленьев. Затем Терри взял оставшиеся газеты, скатал их трубкой, поджег дальний край и сунул под поленья. Джуди завороженно смотрела, как вспыхнула растопка, а потом начали заниматься поленца. Комнату наполнил сладковатый дымок.
— Ну, как я справился? — спросил он, явно довольный результатами своих действий.
— Потрясающе! — Джуди уже давно бросила просматривать документы и, удобно устроившись на кушетке, наблюдала, восхищаясь и самим этим ритуалом, и тем мальчишеским энтузиазмом, с которым он был исполнен.
Терри выключил лампу, и теперь комнату освещали лишь оранжевые языки пламени. От камина потянуло теплом, окружившим Джуди, как кокон. То была крошечная, уютная Вселенная для двоих.
— Джуди? — она услышала, что ее имя прозвучало как вопрос. Бравада исчезла из его голоса, так же как и сомнение, которое она приметила в его глазах в тот день, когда он впервые встретил ее в холле Юридического Центра. — Джуди? — Повторил он хрипловато и неуверенно.
Она ощутила его близость. Он приподнял ее лицо и с нежностью любовался им. Он целовал ее шею, ее глаза, ее губы. По очереди. Медленно. Страстно. И она ответила с той же, новой для себя страстью. Ее руки притянули к себе его тело, ставшее столь же нужным, как и его тепло. Как избавление от одиночества.
Затрещало и вспыхнуло полено. Высоко взметнулись искры. Вспышка эта длилась очень долго. Целую жизнь.
