Следом за Коломниным в «предбанник» вышел Резуненко.
– М-да, нашел, чем уесть Деда, сволота, – пробормотал он. – Прямо под дых махнул.
– Это ты насчет «железки»?
– Само собой. Дед потому и сник, что и впрямь своими руками ключевую точку отдали.
– Так, может, можно вернуть? – вскинулся Коломнин.
– Если бы так. Чечены, во что вцепились, того не отдают, – Резуненко увидел, что собеседник нетерпеливо ожидает разъяснений. – А, так ты же еще до этого не доехал. На узкоколейке давно чеченская группировка заправляет. – Но как они там оказались, если «железка» строилась по инициативе «Нафты»?
– Тимур привел, – мрачно объявил Резуненко.
– Тимур?! – Коломнин не смог сдержать изумления. И это почему-то рассердило Резуненко.
– Да, Тимур! Чего вылупился? Там же, на «железке», народец знаешь, какой собрался? Оторви и брось. Потом менты с поборами подъезжать начали. А чечены взялись порядок навести. Вот Тимур и решил, чем самим воевать, так лучше чужими руками. Вот и!.. – он собрался смачно выругаться, но из Фархадовского кабинета вышла Калерия Михайловна. Это его остановило. – А, чего теперь воздух сотрясать?
– Погоди, – Коломнин был искренне озадачен. – Но Тимур, насколько я успел понять, был человеком вменяемым. А вязаться с мафией – это же стремно.
– А наш бизнес вообще стремный. Хотя пытался я его предупредить. Но Тимур, он же заводной был. По части упрямства в папашу пошел. И, если надо было переть буром, то – буром. Надо смести – сметал, – Резуненко подметил неодобрительный взгляд, что бросила на него прислушивавшаяся секретарша. – А что ты в самом деле хотел? Быть возле нефти и не измазаться – такого не бывает.
Коротко кивнув Калерии Михайловне, он вышел в коридор.
Коломнин был озадачен. Хотя что в самом деле ожидал он? До сих пор он знал о Тимуре со слов вдовы, отца. Отсюда эдакий сусальный образчик благочиния. Но ставить на ноги нефтяную державу – труд не для ангелочков.
Внезапная мысль заставила Коломнина выскочить вслед за Резуненко.
– Послушай, Виктор, – он придержал Резуненко за локоть. Убедился, что поблизости никого нет. – А убийство Тимура, не могли чечены?..
– Все так думали, – не удивился вопросу Резуненко. – Многие и до сих пор считают. И Фархадов тот же. Потому всю работу с «железкой» на Мясоедова переложил. Вроде как мараться не хотел.
– А ты сам как?
– Не исключено, конечно. Ведь пока Тимур был жив, он их в руках держал. И реальной власти не отдавал.
– Так тем более!
– Тем менее! – огрызнулся Резуненко. Было заметно, что мысль эта и самому ему не давала покоя. – Больно тонкая комбинация образуется. Ведь чтоб акции на себя переписать и свою команду поставить, мало было Тимура завалить. Должно было после его смерти все срастись. И чтоб Салман Курбадыч с инфарктом свалился, и чтоб Мясоедов, паскуда эта, провалил все, что можно. Короче, чтоб компания в безнадзоре оказалась. Могли они все это просчитать? Полагаю, вряд ли.
Вместо прощания он с чувством нахлобучил косматую шапку на косматую гриву.
