Я даже не стал спрашивать разрешения, чтобы присесть, лишь демонстративно плюхнулся напротив хозяина заведения и набрал в руки достаточное количество карт. Девушки, что его окружали, очень заинтересованно осмотрели мою персону, хотя это и неудивительно, в отличие от всех остальных я был молод и красив. И не имел пуза больше, чем мозгов, наоборот, шесть кубиков на прессе говорили о частых тренировках. Да и костюм у меня был подороже, если даже сложить суммы, которые они отдали за это тряпье, то у меня все равно будет больше, чем у всех здесь присутствующих. Ну и, конечно же, моя репутация…
— Добрый вечер, мистер Бауэр. Рады видеть Вас в нашем скромном заведении.
Дерьмовом, а не скромном правильнее сказать.
— Сигарету?
— Благодарю, у меня свои, — ибо не собираюсь я курить эту гадость.
Партия началась замечательно. Так как наш главный конкурент был увлечён Диким Западом, то и партия была в Техасский холдем. Все игроки внесли антем (небольшой начальный взнос), чтобы хоть как то увеличить общее число денег на столе. Это было правильно, а у меня уже создалось впечатление, что мы играем на интерес. Поскольку сегодня я решил отнять его бизнес, то и идти придется ва-банк. Я уже было рассчитывал на Каре, как у меня оказалось всего три карты вместо четырёх одного достоинства. Под конец игры слились все, кроме нас двоих.
— Фулл-хаус, мистер Бауэр.
Твою мать. Я грязно выругался про себя и открыл свои карты. Сет. Кажется, первая дуэль не за мной. Это даже показалось странным, поскольку играл я не дурно. Но это небольшое поражение души раззадорило во мне азарт. А это ещё страшнее слепой удачи. Следующий кон и удача. Каре в моей руке.
— Вскрываемся, господа.
Два стрита и один флеш.
— Каре, — по моему лицу расползлась довольная улыбка чеширского кота. Кажется, я все-таки не утратил сноровку.
***
Феликс стоял возле машины и терпеливо меня ждал. По его лицу было понятно, что ему не терпится обо всем меня расспросить, и я не стал испытывать его терпение.
— Как игра?
— Отлично. Полагаю, наш мальчик сейчас рассказывает маме с папой, как он умудрился проиграть весь свой бизнес в карты за один вечер.
Моя довольная физиономия прямо освещала всю ночную улицу города. Я осторожно поправил чёрное пальто и сел в машину, уже и забыв, что там меня дожидается она. Девушка была связана по руки и ноги, а ее рот забит платком. Я вопросительно посмотрел на Феликса.
— Эта дрянь пыталась сбежать.
Господи, что у меня за охрана, если не может справиться с какой-то девчонкой без верёвки. Она брыкалась на заднем сидении и что-то невнятно мычала, будто все еще до нее не дошло то, что происходит, и ее никто никуда не отпустит. Будем считать, что она мой трофей из этого поганенького местечка.
***
Дверь моей комнаты с грохотом распахнулась и в нее влетели двое: я и эта девушка. На ее руках и ногах уже не было верёвок, а остались лишь красные следы от них. Ее макияж окончательно испортился, и сейчас она действительно была похожа на шлюху с размазанной косметикой, будто она только что отсосала троим. Вот и мне сделает приятно.
Я силой поставил ее на колени, и на меня взглянули полные слез серые глаза. При свете луны, они были похожи на маленькие росинки, которые медленно скатывались по ее щекам.
— Пожалуйста, отпустите.
В моих глазах полыхнул огонь, просто мне очень нравилось, когда такие глупышки просили меня о пощаде. Обычно их ангельский голосок срывался на истошные крики, а ручки пытались сопротивляться, но я все равно не останавливался, хоть и знал, что им очень больно. Никогда не останавливался.
— Пора уже привыкнуть, что в таких местах, как тот грязный подвал, нет благородных принцев, девочка.
Я наклонился и больно потянул ее за волосы.
— А сейчас не зли меня еще больше. И уже начинай делать своим язычком мне приятно. Тогда, возможно, если мне понравится, то я тебя отпущу.
