Строптивый характер леди Бригитты Деверо под стать буйному пламени ее волос. Ее гордость уязвлена – жених из далекой Шотландии, Йен Макартур, не явился даже на собственную свадьбу, ведь он уверен, что жена должна быть покорна его воле. Чего же можно ожидать от такого брака? Да чего угодно – измен, побоев, предательства, ревности, и конечно, безумных, пламенных ночей любви.
Легкий моросящий дождь, прозрачный, как фата невесты, наполнял теплый воздух серебряным светом. На юг Англии пришло лето. Замок Басилдон, родовое поместье графов Басилдон, вставал сквозь пелену дождя, словно окутанный призрачной дымкой.
Молодая женщина задумчиво смотрела вдаль с одной из башен замка. В каком-то тревожном ожидании она не сводила глаз с дороги, петляющей среди ярко зеленевших полей. Она стояла здесь уже, видимо, давно, но дорога была пуста: ни путника, ни кареты. Глубоко вздохнув, она уже собралась, было спуститься вниз, но что-то задержало ее. Леди Бригитта Деверо увидела вдруг то, что заставило ее сердце сжаться от волнения. Группа всадников, галопом вылетев из-за холмов, направлялась прямо к замку. Бригитта на мгновение замерла – все в ее жизни должно было измениться раз и навсегда с приездом этих гостей.
– Ага! Вот и женишок едет! – прозвенел над самым ее ухом чей-то язвительный голосок, и, повернувшись, она оказалась лицом к лицу со своей младшей сестрой Хэтти.
– И тебе недолго вольничать, – сердито ответила Бригитта. – Как только я выйду замуж, королева сразу же займется тобой. И ты, несносная девчонка, будешь следующей.
– Это еще когда будет… – насмешливо заметила Хэтти. – А вот помню, когда нашу Катрин выдали за того ирландца, ты не очень-то лестно отзывалась о нем. А сама выходишь Бог весть за кого, за какого-то дикого горца из Шотландии.
– В один прекрасный день Йен Макартур станет графом Данриджем, а это что-нибудь да значит, – заявила Бригитта, стараясь произнести это с самодовольством, которого на самом деле не ощущала. – Он, слава Богу, не изменник короне, как муж Катрин, не мятежник.
– Он хуже, – небрежно бросила Хэтти, пожав плечами. – Те хотя бы убивают ради своей свободы, а горцы – ради развлечения.
– Лгунья! – воскликнула взбешенная Бригитта. – Ты гнусная конопатая лгунья!
Она попала не в бровь, а в глаз. Хэтти взвизгнула от ярости и уже размахнулась, чтобы ударить сестру, но кто-то схватил ее сзади за руку.
– Перестань! – сказала подошедшая незаметно Сприн, кузина Хэтти. – Прекрати сейчас же!..
– Пусти меня! – завизжала Хэтти, вырываясь. – Оставь меня, ты, незаконное отродье!
Бригитта слегка побледнела, услышав такое, а руки Сприн бессильно опустились. Разъяренная Хэтти повернулась к кузине, и гнев ее тут же остыл. Невоздержанная на язык, но, в сущности, добрая девушка собралась, было как-то поправить дело, но Сприн ее опередила.
– Да, миледи, – холодно сказала она. – Я всего лишь ваша незаконнорожденная кузина и камеристка леди Бригитты. Я никогда об этом не забываю.
– Извини меня. Я не хотела… – все же пролепетала Хэтти, но Сприн уже не слушала ее.
– Графиня хочет, чтобы ты спустилась, – обратилась она к Бригитте, – приехал твой жених.
Все три девушки с любопытством поглядели вниз через зубчатый парапет башни: внизу, во дворе, готовясь встретить долгожданных гостей, стояли сэр Генри Бейджнел, леди Луиза Деверо, мать Бригитты и Хэтти, и их брат, юный граф Ричард. Копыта лошадей простучали по мосту через ров, окружавший замок, всадники рысью проехали в ворота, и решетка за ними тут же опустилась. Гости спешились и прошли во внутренний двор. Впереди всех, сняв шляпу, шел высокий красивый шотландец. Подойдя ближе к хозяевам замка Басилдон, он поклонился, приветствуя благородных лордов и леди. Граф Ричард по примеру сэра Генри отдал ответный поклон. Гость почтительно склонился над рукой, которую ему протянула вдовствующая графиня.
– Это, должно быть, Йен, – прошептала Бригитта.
– Ну, Бри, королева постаралась для тебя, – сказала Сприн с легкой завистью. – Жених твой настоящий красавец.
– Вы только поглядите, как наш братец Ричард упивается тем, что он теперь граф, – ехидно заметила Хэтти. – Если бы лорд Макартур поклонился чуть пониже, думаю, новоиспеченный граф Басилдон лопнул бы от гордости.
Сприн хмыкнула, но Бригитта молчала, будто не слыша, и продолжала неотрывно разглядывать человека, который должен был вскоре стать ее мужем. Хэтти и Сприн многозначительно переглянулись за ее спиной.
– Наконец-то ее язычок отдыхает, – язвительно бросила неугомонная Хэтти.
Бригитта встрепенулась и с торжествующей улыбкой повернулась к ним.
– Пора идти. Сэр Генри представит мне моего жениха, – бросила она и горделивой поступью начала спускаться с башни.
Но очень скоро, не выдержав, помчалась вниз по ступенькам, мгновенно очутившись внизу. Тут она секунду постояла, отдышалась и вышла во двор так чинно и степенно, будто вовсе и не мчалась сюда сломя голову.
Невысокого роста, очень грациозная, она казалась воплощением хрупкой и нежной женственности, когда, чувствуя направленные на нее взгляды, не спеша, пересекла двор. Особенно кроткое выражение лицу придавали глаза, целомудренно опущенные долу. Они блестели от возбуждения, но лучше никому этого не видеть. Несколько непослушных локонов цвета меди, выбившихся из прически, довершали облик покорной невинности.
