Тот молча подошел к нему и внимательно посмотрел в эти бездонные глаза. А потом аккуратно, как бы боясь спугнуть, коснулся губами его губ. Осторожное касание, от которого стынет все внутри и кажется, что весь мир застыл на этот волшебный миг. Медленно Дже поднял руку и приобнял Юнхо за шею, немного углубляя поцелуй и позволяя языку альфы проникнуть внутрь. Пару минут спустя его рука уже по-хозяйски лежала на ягодице Дже, слегка сжимая ее, принуждая Дже тихо застонать ему в губы. Это сладкий звук был как зеленый свет для Юнхо. Крепче прижав к себе омегу и уже немного грубее целуя его, мужчина резко подхватил того под ягодицы и понес в спальню. Бережно уложив его на простыни, Юно тут же снял с него кофту, вновь припадая к этим желанным губам. Медленно переходя на лицо и покрывая поцелуями шею и ключицы любимого, он быстро расстегивал многочисленные пуговицы на рубашке.
Когда альфа немного приподнялся, что скинуть с себя мешающую ткань, Дже невольно залюбовался его накачанным телом. Ежедневные тренировки хорошо сказались на его фигуре, отчего омега облизал губы и потянулся тоненькими пальчиками к соблазнительному прессу. Почувствовав холодные точки на своем теле, Юнхо судорожно вздохнул и вновь навис над Дже. Он был прекрасен и мужчина не мог сдерживаться, вновь припадая к его нежной коже. Он ласково касался его губами, языком рисуя разнообразные узоры на его теле и заставляя омегу выгибаться, как кошка, и тихо постанывать.
Юнхо ласкал его долго и нежно, оттягивая момент соития, чтобы как следует насладиться этим восхитительным телом, что сейчас плавилось от каждого его прикосновения. Стоны Дже становились все громче и протяжнее, как бы прося альфу уже наконец взять то, что ему по праву принадлежит. Сопротивляться такому открытому приглашению мужчина не мог и не хотел.
Избавив их обоих от штанов и белья, он помог Дже перевернуться на живот. Тот, уперевшись руками в простыни, немного выгнулся, подставляя Юнхо свою пятую точку, из которой уже давно и обильно сочилась смазка. Вдохнув такой знакомый и такой сводящий с ума аромат, альфа нагнулся поцеловать Дже в шею, чтобы услышать недовольный стон. Улыбнувшись в его волосы, Юнхо удобней примостился и начал медленно проникать в столь желанное тело. Омега сдавленно выдохнул, привыкая к слегка подзабытым ощущениям. Длительное отсутствие практики в подобных делах сказалось и на его чувствительности, и на узости ануса: его сердце заколотилось с огромной скоростью и все тело слегка подрагивало.
Подождав немного, пока Дже привыкнет и сможет нормально дышать, Юнхо начал не спеша двигаться. Его самоконтроль и выдержка уже были практически равны нулю, но он сдерживался из последних сил, не желая причинить вреда любимому.
Постепенно Дже привыкал и начинал сам выгибаться, стараясь как можно глубже насадиться на член Юнхо, издавая мелодичные стоны наслаждения. И тут им обоим окончательно снесло крышу. Страсть и похоть, так усердно сдерживаемые на протяжении долгих лет; дикое, животное желание, засаженное в рамки приличия и не выпускаемое за пределы ночных грез – все это, наконец, нашло выход в мир и теперь вовсю господствовало над двумя людьми, что так скучали друг по другу. Они послали куда подальше весь свой стыд и стеснительность и теперь наслаждались друг другом сполна. Они вновь стали единым целым и эйфория от этого долгожданного ощущения теперь застилала им глаза.
Уже кончая и сладко выстанывая имена друг друга, оба почувствовали это – сцепка. Теперь им не скоро удастся остановиться. Ласково коснувшись телом спины Дже, Юнхо прошептал ему:
- А теперь - держись!
- Не беспокойся. Главное - не сдерживайся, – так же шепотом ответили ему, после чего альфа привстал и вновь толкнулся в тело своего омеги. Им еще предстоит длинная ночь…
Глава 12
Проснулся Дже от назойливой барабанной дроби по стеклу. Лениво приоткрыв один глаз, омега глянул на окно и увидел, что там вовсю льет дождь. От одной этой мысли становилось прохладно и хотелось закутаться в теплый плед. Опустившись на подушку, парень внимательно посмотрел на умиротворенное лицо спящего рядом мужчины. Его мужчины, его альфы. Когда Минни болел, то часто они спали в одной кровати. Он вспомнил это потому, что даже спали они одинаково: так же на боку, иногда немного хмурясь, но Дже видел перед собой те же знакомые до боли черты лица, только уже не такие детские.
