– Ты думаешь, мы его здесь найдем? – Марина обвела взглядом просторный зал венского кафе. – Смотри, народу сколько, поди угадай, кто из них этот… Опять забыла, как его зовут?
– Хильденбранд, – напомнила Света.
– У меня от их имен идиотских мозги раком встают. Не могу я их запомнить, хоть убей.
– Подожди, Усик, – усмехнулась Света. – Вот замуж выйдешь – и тебя таким именем назовут.
– Да я ради такого дела даже собачью кличку стерпеть готова, лишь бы немецкая прописка к ней прилагалась.
– Нет, все-таки у тебя маниакальное отношение к немецкой прописке, – покачала головой Света, внимательно осматривая зал.
– Может, он еще не пришел? – забеспокоилась Марина.
– Да пришел уже.
– Где?
– Вон видишь, у окошка сидит.
– Не вижу. – Марина вытянула шею.
– Ну вон, рядом с аквариумом. Твой.
– Ты уверена?
– На девяносто девять процентов и девять десятых. Видишь, газетку в кулачке зажал, как и договаривались, по сторонам озирается, нервничает. Точно твой.
– Свет, я без очков ни черта не вижу, он как, ничего?
– Ну абсолютно ничего. Давай подойдем поближе, сама разбирайся.
Господин Хильденбранд сидел за столиком. Вернее сказать, присел на стул – с самого краешку, как воробышек, готовый в любой момент вспорхнуть. Увидев приближающихся подруг, он робко поджал под себя ноги. Рука, свободная от газеты, судорожно задвигалась, то сжимаясь, то разжимаясь в ладони, как будто ее хозяин выкидывал на стол кости.
– Господин Хильденбранд? – спросила Света, вопросительно глядя на мужчину.
– Очень рад! Фридрих, – вскочил с места жених и от смущения чуть не опрокинул стол. Его блестящее розовое лицо мгновенно покрылось яркими пятнами малинового цвета. Мужчина топтался на месте, нервно подергиваясь и беспокойно озираясь по сторонам.
– А-а, присаживайтесь, пожалуйста, – наконец, вспомнил он подходящую к случаю фразу и опять выкинул правой рукой кости.
Марина села, не снимая пальто. Жених в ту же секунду опустился на стул и уставился на нее немигающими глазами, лишенными ресниц. Марина поднялась, чтобы снять пальто, и жених подскочил, как ошпаренный. Казалось, он решил превратиться в Маринину тень и очень боялся, что плохо справится с ролью.
– Нервный какой-то, – буркнула Марина.
Жених перевел немигающий взгляд на Свету.
– Моя подруга говорит, что рада с вами познакомиться, – перевела Света.
Господин Хильденбранд счастливо кивнул, качнувшись всем туловищем.
– Марин, похоже на любовь с первого взгляда… – шепнула подруге Света.
– А он вообще нормальный? – так же тихо спросила Марина, с сомнением глядя на жениха.
– А ты что, считаешь, что в тебя только ненормальный влюбиться может?
– Да нет, но странный он какой-то.
– Чего же тут странного? Есть, конечно, легкое отставание в развитии, но ты не огорчайся. Ему сколько лет?
– Тридцать семь.
– Ну, так он годам к пятидесяти выправится, – засмеялась Света и тут же осеклась. Марина смотрела на нее серьезно, как смотрят на человека, который глумится над чужой бедой.
Жених ритмично крутил головой из стороны в сторону, все больше напоминая встревоженного петуха.
К столу подошла пожилая официантка в старомодном переднике с рюшечками.
– Свет, закажи мне кофе, – попросила Марина и добавила: – Почернее, без допинга здесь, пожалуй, не обойтись.
– Господин Хильденбранд, – обратилась к Фридриху Света, – я с вами останусь недолго. Моя подруга не говорит по-немецки, поэтому, если вы хотите что-нибудь обсудить, воспользуйтесь моим присутствием, я все переведу.
Жених вытянул шею вперед и захлопал глазами. Легкие пряди его бесцветных волос прилипли к вспотевшей лысине. Он мучительно молчал.
– Почему вы выбрали это кафе? Вы здесь недалеко живете? – Света попыталась начать разговор.
Жених судорожно глотнул и заговорил. Света внимательно слушала, склонив голову.
– Чего говорит-то? – поинтересовалась Марина.
– Я ничего не понимаю.
– Что, диалект?
– Да нет, скорее, дефект речи.
Слова вырывались из гортани немца с легким шипением, как пар из приоткрытого клапана. Казалось, Хильденбрандт сам испуганно прислушивается к звукам собственного голоса.
– Не могли бы вы говорить помедленнее, – попросила Света. – У меня сложности с немецким языком.
Фридрих сосредоточенно замолчал.
– Как я поняла из вашего письма, вы работаете на большой фирме на складе – так?
Фридрих коротко кивнул.
– А живете вы где? В городе?
– Да, я живу в центре, недалеко от моей работы. – Теперь он с усилием растягивал слова, отчего его речь звучала, как замедленная магнитофонная запись.
– А откуда вы родом? – продолжала допрос Света.
– Я приехал с севера Германии, из Ганновера, – отвечал Фридрих, как на уроке. – Там живет моя мама.
– Она тоже снимает квартиру?
– Нет, у нее свой дом.
– Слышь, Марин, ему в перспективе дом светит, – шепнула в сторону подруги Света.
Дальше Фридрих опять сорвался в галоп и начал тараторить.
– Ну ты что, опять ничего не понимаешь? – спросила Марина, глядя, как лицо подруги постепенно вытягивается от недоумения.
Фридрих замолчал, а Света застыла с открытым ртом.
– Ты мне, в конце концов, переведешь что-нибудь? – не выдержала Марина и дернула подругу за рукав.
– Марин, он спрашивает – у тебя паспорт с собой?
– Зачем ему мой паспорт понадобился?
– Он хочет сегодня на тебе жениться.
– Чего-о?
– Он понял, что вы для этого встретились.
Марина схватила сумку и, щелкнув замком, вытряхнула ее содержимое на стол. На образовавшуюся горку сверху шлепнулось увесистое портмоне.
– Слава богу! Все с собой! Поехали.
– Марин, ты что, с ума сошла? Ты же его в первый раз в жизни видишь.
– А вот все остальное уже мое дело, – отрезала Марина. – Поехали, говорю.
