Однажды Пахомий Великий, наставляя своих монахов, показал происходящую от этого великую пользу. При произнесении слов проповеди его вдруг охватил восторг, и он пробыл немало времени в исступлении. Затем он сказал монастырскому эконому наедине: «Сходи в такую-то келью и посмотри на человека, презревшего свою душу, и станешь свидетелем его пагубы. Он не пришёл сюда, чтобы послушать слова Божии и в них обрести силу против угнетающего его врага мира сего. Ведь он даже не молится в своей келье, а спит. Не думаю, чтобы из него вышел монах». И этот человек весьма скоро снял с себя подрясник и ушёл в мир, потому что не смог понести легчайшее иго Господа.
Старец сказал: «Если творишь рукоделие в своей келье, и настал час молитвы, не говори, что сейчас доплету эти концы лоз или довяжу узел и встану на молитву. Нет, вставай во всякое время, возвращая долг Богу. Если привыкнешь постепенно пренебрегать молитвой и богослужением, душа твоя останется вообще без всякого дела, и телесного, и духовного. Пусть еще раннее утро застанет твое рвение».
Рассказывали об авве Макарии, что однажды, когда он отправился в церковь совершать службу, он увидел у стен одной из братских келий множество бесов. Некоторые из них приняли образ женщин, говоривших неподобающее, некоторые образ юношей, говоривших скверное, одни плясали, другие всё время меняли свои обличья. Старец, будучи прозорлив, вздохнул и сказал: «Конечно, здесь брат проводит жизнь в беспечности, и поэтому лукавые духи с таким бесчинством окружили его келью». Совершив службу, на обратном пути он вошёл в келью брата и сказал ему:
– Я весьма терзаюсь, брат, тем, что я беспечен, но тебе верю и знаю, что если ты помолишься за меня, то Бог совершенно избавит меня от этих терзаний.
Брат, поклонившись старцу, сказал:
– Я недостоин молиться за тебя.
Но старец настаивал на своем, упрашивая брата:
– Я не уйду, если не пообещаешь мне совершать одну молитву за меня каждую ночь.
Брат послушался повеления старца. Старец поступил так, потому что желал дать брату повод к ночной молитве.
Брат встал ночью и помолился за старца. И совершив молитву, пришёл в умиленное раскаяние и сказал себе: «Жалкая душа, ты помолилась за такого великого старца, а за себя ужели не будешь молиться?» Совершил он и о себе весьма длительную молитву. Так он совершал всю неделю две молитвы каждую ночь, одну за старца, другую за себя. В воскресный день авва Макарий отправился в церковь снова и опять увидел бесов, стоящих вне кельи брата, весьма понурых. Понял старец, что их огорчили молитвы брата. С радостью он вошёл к брату и попросил:
– Сотвори любовь и прибавь к своей молитве ещё одну молитву за меня.
И так брат творил уже две молитвы за старца, и опять в умилительном раскаянии сказал себе: «Жалкая душа, прибавь ещё одну молитву и к молитве за себя».
Всю эту неделю он совершал каждую ночь по четыре молитвы. Опять старец шёл воскресным днём мимо и увидел, что бесы понуро молчат, и возблагодарил Бога. Он вошёл к брату и попросил прибавить ещё одну молитву за него. Брат прибавил и за себя молитву. Теперь он каждую ночь совершал шесть молитв. Когда снова пришёл старец к брату, разгневались бесы на старца и стали бранить его, сетуя на спасение монаха. Авва Макарий прославил Бога за преуспеяние брата и вошёл в его келью. Он увещевал брата не падать духом, но непрестанно молиться и ушёл. Бесы, видя многое усердие брата, которое он стяжал в молитвах по благодати Божией, окончательно отступили от него.
Возлюбленный! Когда ночью к тебе постучится брат, чтобы ты встал славословить Бога, вставай скорее, чтобы даже самый нерадивый человек, видя твою решительность, воздвиг свою душу к трезвению. Как сказано,
