- Мы не собираемся их убивать. Подавляющая мощь должна быстро их утихомирить, - Баракиэль продолжил. - Они в своих "набегах" тоже никого не убивали, даром, что их прошлые союзники. Михаил и Азазель верят, что их ещё можно переубедить...
Осталось невысказанным то, что Эвальд и Орден Тамплиеров, как структура, должны буду отойти в прошлое. Подобное предательство не останется безнаказанным, хотя Небеса и не хотят "жестить".
Не нужно думать, что именно в Церкви будет единственный очаг недовольства. Да, эта структура многогранна и не монолитна, но всё равно себе не изменяла. Экзорцисты протестуют против нарушения всех их учений. Сложно с таким смириться.
А вот его раса... Экзорцисты, за редкими исключениями, посвящают себя борьбе со злом. Демоны наоборот, за редкими исключениями, должны сдерживать свою поганую натуру. Да, фракции Великого Короля и Новых Владык были согласны с этим курсом действий, но Эмерик язык проглотит, если Старые Владыки не подключатся к веселью. Они скорее всего прямо сейчас кипятком ссутся от перспектив союза с злейшими врагами. И в отличии от идейных экзорцистов, те руководствуются только своими порочными натурами и хотелками.
В общем, всё было сложно.
- Поэтому ты захотел... - Эмерик почесал подбородок в раздумьях. - Помириться с Акено. Потому что в ближайшее время времени у тебя не будет времени...
- Помириться, - задумчиво Баракиэль повторил за ним и покачал головой. - Было бы идеально, но я не настолько наивен. Обиды Акено глубоки и небезосновательны...
Он устало вздохнул, собираясь с мыслями. Тема опять стала тяжела и неприятна для обычно сурового ангела. Сам Баракиэль, судя по всем его тяжелым думам, не отрицал своей непричастности. Хотя это тоже было спорно.
- Шури, моя жена и мама Акено была членом одного из пяти главных кланов оммёдзи. Клан Химедзима очень влиятелен в Японии и обладает зрелой структурой и долгой историей, - начал он погружаться в воспоминания. - Однажды, после тяжелой битвы, меня раненного выходила добрая жрица одного из храмов. Как ты, наверное, понял, это была Шури Химедзима. Через какое-то время мы влюбились в друг друга и поженились... - На какую-то долю секунду суровое лицо падшего озарила нехарактерная улыбка. Было видно, что те воспоминания ещё долго будут греть его душу. - Знаешь, не буду скрывать, Эмерик, за свою долгую жизнь у меня было множество любовных интересов, но Шури среди них выделялась. А когда она забеременела, все прошлые любовницы были забыты и откинуты в сторону. Мой первый ребёнок, который родился спустя год женитьбы! Представляешь, какое чудо?! Моему счастью не было предела...
У падших ангелов были аналогичные с демонами проблемы. Формально, у них было преимущество перед своими белокрылыми братьями, так как они могли размножаться, но на практике прирост был ничтожен. Особенно после потерь от всех предыдущих войн.
Акено действительно была чудом для Баракиэля, который до этого ребёнка зачать не мог. Акено вообще была настоящим чудом, как для отца, так и для Эмерика.
- Но её клан был против, - вновь он вернул своё суровое выражение лица. - Япония очень консервативная страна, а другой сверхъестественный мир они презирают с огромным рвением. И Шури пришлось уйти из клана, забрав с собой Акено... - Черты лица Баракиэля стали ещё более грубыми, настолько ему были неприятны эти воспоминания. - Но это не играло особой роли, Шури быстро свыклась со своей новой жизнью. Правда, из своей родной страны она уезжать не захотела. И это стало фатальной ошибкой! Понимаешь, после рождения Акено, я уже не мог противиться воли своей любимой жены, слишком сильно любил. Подумал, что смогу совмещать свою службу и семью в другой стране... - Глаза Баракиэля подозрительно заблестели. - Клан Химедзима не простил её "предательства", поэтому дурные головы захотели вернуть её, но та отказалась... Потом...
Баракиэль резко замер и устремил взгляд в никуда. Боль была всё ещё свежа в его памяти. В этот момент Эмерик понял, что потеря Шури ударила по этому падшему так же сильно, как и по Акено.
Эмерик в знак поддержки сжал плечо Баракиэля. Он не мог представить его боль, но видимо тот смог его отрезвить. Баракиэль кивнул и продолжил:
- Я пришёл слишком поздно... Когда я пришёл и убил всех нападающих, Акено уже плакала над её безжизненным телом... - Баракиэль покачал головой, сдерживая слёзы. - А Акено так меня и не простила... И я не виню её! Ты хоть представляешь, каково это - потерять любимую жену?! - Он всё-таки не выдержал и расплакался. Но в своём стиле, то есть слёзы простым потоком шли по лицу и впитывались в бороду. Само выражение лица он не поменял. - Что если бы я пришёл чуть раньше?! Что если бы я настоял и забрал Шури и Акено с собой в Григори?! Каждый чёртов день я встаю перед зеркалом и задаю себе эти вопросы!...
Баракиэль одним движением стёр с лица слёзы и со всей серьёзностью посмотрел ему в глаза.
- Эмерик Гремори, - начал он говорить. - Я действительно виноват в смерти своей жены... И у Акено есть все основания меня обвинять, но прошу тебя!...
