Кэро уже отправила поверенному записку, извещая о своем новом статусе, поэтому мистер Хендерсон встретил ее очень тепло, к Максу же проявил должное уважение, не опускаясь, однако, до раболепия. Поздравив счастливую пару со скорой свадьбой, поверенный уточнил:
— Желаете обсудить с лордом Вудбери передачу имущества мисс Дэнби?
— Да. Причем срочно. Мне необходимо сообщить ему, что я против продажи конюшен Дэнби.
— Какая чудесная новость! — воскликнул мистер Хендерсон. — Конечно, непривычно, когда столь сложным делом занимается женщина, однако мисс Дэнби добилась немалых успехов, и мне было очень жаль, что опекуны приняли такое решение, но я ничего не мог поделать. Рад, что вы намерены сохранить конюшни в семье.
— Все, что доставляет удовольствие моей суженой, приносит отраду и мне, — проговорил Макс. — Должен сказать, мисс Дэнби о вас чрезвычайно высокого мнения, мистер Хендерсон. Если вы согласны, готов предложить вам работать над брачным договором вместе с моими поверенными. Мы хотим пожениться как можно скорее, — прибавил Макс, бросив на Кэро такой убедительный влюбленный взгляд, что щеки ее запылали, а все тело словно обдало жаркой волной.
Заметив этот взгляд, поверенный улыбнулся:
— Понимаю. Весьма польщен вашим доверием и незамедлительно возьмусь за работу. А теперь позвольте проводить вас в мой кабинет. Там ожидает лорд Вудбери.
Макс предложил Кэро руку, и они вместе вошли в кабинет мистера Хендерсона.
При их появлении лорд Вудбери поднялся с кресла. Некоторое время он с удивлением глядел на Кэро, потом наконец произнес:
— О, вот и жених с невестой! Позвольте пожелать вам обоим счастья в семейной жизни.
— Благодарю, — кивнул Макс. — Как я уже известил вас письменно, мне хотелось бы обсудить приданое мисс Дэнби.
— Разумеется. Мисс Дэнби, не могли бы вы подождать в другой комнате, пока мы с мистером Рэнсли обсуждаем деловые вопросы?
— Нет, я желаю, чтобы она тоже присутствовала, — возразил Макс. — Первый вопрос, который необходимо обсудить, — отмена продажи конюшен Дэнби, а мисс Дэнби известно об этом предприятии намного больше, чем мне.
Вудбери, казалось, хотел добавить, что мисс Дэнби известно даже слишком много, но, заметив выражение лица Макса, сдержался и просто уточнил:
— Значит, желаете сохранить конюшни?
— Я хочу, чтобы все имущество было сохранено в том виде, в каком оно находится сейчас.
К возмущению и досаде Кэро, Вудбери даже не попытался возразить.
— Понимаю, мистер Рэнсли. Однако удивлен, что вы намерены взять управление конюшнями на себя. Мне казалось, вы предпочтете вновь получить правительственную должность.
— Да, таковы мои намерения. Но поскольку моя невеста все эти годы прекрасно справлялась без посторонней помощи, не вижу смысла что-то менять.
Вудбери сразу помрачнел, однако, к искреннему негодованию Кэро, спорить не стал — то ли из уважения к сыну графа Суинфордского, то ли просто потому, что перед ним мужчина. После паузы Вудбери произнес:
— Полагаю, каждый имеет право распоряжаться в своем доме, как сочтет нужным.
— Истинная правда. Кроме того, не допущу, чтобы моя невеста подвергалась оскорблениям и вынуждена была терпеть пренебрежительное отношение людей, которым доверено ее имущество.
У Вудбери хватило совести немного смутиться.
— Разумеется.
— Считаю, вы недобросовестно исполняете обязанности опекуна, милорд. Нет… — Макс предупреждающе вскинул руку, заставляя потрясенного Вудбери умолкнуть, — мне известно, что в целом имение процветает. Однако удивляюсь вашему жестокосердию — как можно походя причинить величайшее огорчение нежной, ранимой девушке, отданной под вашу опеку.
Вудбери удивленно уставился на Макса:
— Когда вы говорите о нежной, ранимой девушке… вы имеете в виду Кэро?
Последняя уже готова была возмутиться вслух, однако Макс бросил на нее предупреждающий взгляд.
Поэтому она всего лишь тяжело вздохнула и опустила глаза, дабы как можно больше походить на беззащитную леди в беде.
— Если не ошибаюсь, вы были близким другом сэра Мартина. Вряд ли он был бы доволен, узнав, что вы намеревались отнять у его несчастной осиротевшей дочери дело, над которым они оба неустанно трудились столько лет. Память о горячо любимом отце!
— Я не… — только и смог выговорить Вудбери.
— А письмо, которое вы написали леди Дэнби и в котором позволили себе крайне уничижительные высказывания о моей суженой. Потрясен, что такой уважаемый джентльмен, как вы, увлекается грязными сплетнями! Даже не удосужились проверить, что произошло на самом деле! По-вашему, граф Суинфордский будет обсуждать семейные дела с газетчиками? Или снизойдет до того, чтобы самолично опровергать нелепые слухи!
— Но леди Дэнби писала, что вы не вступили в брак! — заспорил Вудбери.
Макс снисходительно покачал головой:
