— Вот я и подумала — если вы сможете быть с любой женщиной, с какой пожелаете, то для чего вам я? Думала, что справлюсь с соблазном. Но вчера ночью… больше всего на свете я желала вас. И ничего прекраснее этого мне испытывать не приходилось! Но этим утром я смотрела на бледно-оранжевое восходящее солнце, а видела перед собой лицо кузины Энн, которая умерла на рассвете, сжимая мою руку. И кровь, кровь повсюду…
— О, Кэро, — прошептал Макс и привлек ее к себе. На этот раз Кэро сопротивляться не стала.
Долгое время он так и стоял, обнимая ее и прислушиваясь к приглушенным рыданиям. В душе царили потрясение, ужас, тревога.
Наконец Кэро успокоилась и отстранила его. Макс не стал ее удерживать.
— Почему вы не рассказали мне об этом раньше, до свадьбы? — спросил Макс. Теперь к другим чувствам присоединился гнев. — По-вашему, я не имею права знать, что наш брак не может быть полноценным, а иначе под угрозой ваша жизнь?
— Разве я не предупредила, что мы будем мужем и женой только формально? — напомнила Кэро. — Вы согласились… Хотя мы оба понимали, что, если вы потребуете своего, отказать я не смогу. — Кэро пожала плечами. — Не хотела, чтобы вы узнали, какая я трусиха. Кроме того, опасность грозит мне, а не вам.
— Черт возьми, Кэро! Вы из меня какое-то чудовище делаете! По-вашему, я готов рисковать вашей жизнью, лишь бы удовлетворить свою похоть?
— Что сделано, то сделано, — пожала плечами Кэро. — Боюсь, теперь уже ничего не изменишь. Мне придется смириться с риском. Что ж, тут есть свои плюсы. — Кэро печально улыбнулась. — Больше не придется бороться с соблазном.
Максу и самому трудно было бороться с соблазном. Несмотря на все его смятение, когда Кэро прижалась к нему, и Макс ощутил ее груди и плоский живот, одно это пробудило в нем вспышку страсти. Зная силу, коварного чувства, Макс осознавал, что при определенных условиях никакой риск его не остановит.
Макс чувствовал себя так, словно стоит перед горящим домом. Все мечты о том, чтобы вынужденный брак с Кэро превратился в истинный союз двух любящих сердец, рассыпались в прах.
Однако Кэро ни в чем перед ним не виновата. Она честно просила о браке по расчету. Как у его родителей. Каким же он был дураком, когда надеялся на что-то большее!
— Будет лучше, если мы оба постараемся избегать соблазна, — проговорил Макс. — Не знаю, существует ли на самом деле это ваше проклятие, но вы в него верите, и этого мне достаточно. Нет, Кэро, я не позволю вам ставить под угрозу свою жизнь! И если честно, иметь детей я вовсе не желаю — так же, как не желал вступать в брак. Вспомните, какой пример был у меня перед глазами — разве из меня получится хороший отец?
Кэро поморщилась, и Макс сообразил, что ее, должно быть, больно ранили слова о его нежелании жениться. Но сейчас Максу было так плохо, что утешать кого-то другого у него просто не было сил.
— Пожалуй, отправлюсь в Вену прямо сейчас. Я ведь давно уже туда собирался. У вас много дел перед началом торгов. Должно быть, своим присутствием я мешаю вам работать.
— Скорее отвлекаете, — поправила Кэро. Макса это несколько ободрило. Однако, тяжело вздохнув, Кэро согласно кивнула. — Да, пожалуй, так будет лучше всего. У меня и вправду полно дел… у вас, кстати, тоже…
Вот оно, решение — окунуться в работу и забыть о том неудобном факте, что жена страшится твоих прикосновений. Горечь пронзила Макса, будто ножом. С какой легкостью Кэро готова расстаться с ним!
Сам же он после проведенного вместе месяца всей душой привязался к своей жене. Макса обожгла волна гнева. Ну почему он вечно попадает в самые сложные ситуации?..
Возможно, хоть одну из них удастся исправить, поехав в Вену.
— Хорошо. В таком случае начну собираться прямо сейчас. Постараюсь выехать сегодня.
Кэро энергично закивала:
— Да-да, прекрасно. Я весь день буду занята и не смогу вас проводить, поэтому попрощаемся сейчас. Удачи, Макс. Надеюсь, вам удастся доказать свою невиновность.
Кэро шагнула к нему, быстро поцеловала в щеку и тут же отошла. На этот раз Макс не сделал попытки обнять ее.
— До свидания, Макс. Хорошей дороги.
С этими словами Кэро отвернулась и почти бегом кинулась в конюшни, будто и секунды лишней не могла выдержать в его обществе.
Макс стоял и смотрел ей вслед. Вот и подошел к концу прекрасный медовый месяц. От радости нет и следа. Даже гнев утих. Осталось только чувство потери, которое ранило его больнее, чем Макс мог ожидать.
Что ж, если Кэро угодно, чтобы он уехал, пускай. Ему не привыкать, его уже не в первый раз отсылают прочь.
Так и не разобравшись в своих смешанных чувствах, Макс развернулся на каблуках и зашагал к дому.
Укрывшись в конюшне, Кэро наблюдала, как уходит Макс. Она плотно сжала губы, ногти вонзились в ограду загона. Кэро с трудом подавила соблазн кинуться за ним вслед и попросить хотя бы о прощальном поцелуе.
А лучше — уговорить остаться.
Однако Макс зол на нее. Неужели он больше никогда ее не поцелует? Вдруг он вовсе к ней не приедет?
В душе Кэро боролись друг с другом сильнейшая боль и глубокое облегчение. По щекам покатились слезы.
