Конан, варвар из Киммерии, сейчас главнокомандующий королевских войск и возлюбленный принцессы Ясмелы, сестры короля Коссуса, в его отсутствии правящей государством. Исполнение королевских обязанностей не оставляет у Ясмелы ни сил, не времени на Конана.И отважный варвар отправляется спасать Коссуса.
Как было издавна заведено в шемитском городе Эруке, в обычный час на улице Магов закрывались лавки, в которых вершили свои таинственные деяния предначертатели судеб. Ясновидящие и гадальщики, колдуны и астрологи прибирали свой скарб: хрустальные сферы с аккуратностью, чтоб не разбились, оборачивались мягкими тканями; гасился огонь в магических лампадах, в колеблющемся свете которых привиделось грядущее; волшебные знаки стирались с каменных плит, а магические снадобья и бальзамы прятались в ларцы и шкатулки.
Когда астролог Разес, уроженец Коринфии, уже был готов закрыть свое заведение, к нему пожаловал еще один припозднившийся посетитель. В дверях его лавки появился одетый в богатую хламиду шемит, голову коего украшали затейливо скрученная шелковая повязка.
— Подожди, уважаемый, — обратился он к хозяину, — я пришел, дабы еще раз выслушать твои предсказания. Как только правитель узнал, что ты собираешься переселиться в Хорайю, он послал меня, желая не упустить последней возможности насладиться твоей мудростью.
Разес, не особенно довольный, про себя попенял Нергалу на этот поздний визит, однако он умел хорошо скрывать свои истинные чувства. Астролог, осанистый, плотного сложения мужчина, встретил посетителя, любезно улыбаясь.
— Я рад посланцу правителя, достойнейший Датхан, невзирая на столь поздний час. Чем я могу помочь?
— Правитель желает знать, что в ближайшем времени ждет соседние державы и каковы судьбы их повелителей. О чем тебе поведали звезды?
— Плата серебром, как обычно? — осведомился практичный Разес.
— Разумеется! Повелитель Эрука весьма ценит твои предсказания. И он весьма сожалеет, что ты покидаешь нас.
— Увы, благорасположение великого правителя ко мне не столь велико, чтобы отвратить местных завистников. Эрукийские маги не признают в чужеземце равного и всячески мне препятствуют. Разве в таких условиях можно заниматься столь тонким и требующим постоянной сосредоточенности делом, как предсказания будущего? Да ладно, чего уж там все решено! Завтра на рассвете я отбывают в Хорайю, вздохнул Разес.
— Твое решение окончательно?
— Да. Тем более, что там мне предлагают гораздо больше, чем я мог бы заработать в вашем городе.
— Ну, что ж, дело твое. Однако учти, что Хорайя после войн с Натохком сейчас далеко не так богата, как прежде. Так говорят все, кто там побывал, — недовольно произнес Датхан.
Разес, будто не слыша последнего высказывания гостя, предложил:
— Присаживайся, почтенный! Поглядим, что предсказывают звезды.
На стол, за которым он пригласил сесть Датхана, астролог поставил диковинный ларец, внутри которого находился механизм из медных шестеренок. Наружные стенки ларца были покрыты окружностями и астрологическими знаками, цифрами и надписями, а также символами созвездий. Из одной боковины этого хитроумного устройства торчала серебряная рукоятка. Установив необходимое положение кругов, Разес сделал с ее помощью несколько оборотов — шестеренки завертелись, замелькали цифры и символы, и, наконец, когда механизм остановился, в прорезях замерших кругов астролог мог увидеть понятные только ему сочетания. Он запрокинул голову и воздел руки, несколько мгновений пребывал в задумчивости, а затем начал вещать:
— Восходит темная звезда Нергала — значит, грядут большие изменения в судьбах людей и мира. Знаки небес гласят, что она встанет рядом со светлой звездой Митры — и потому Хорайя одно видение предстает передо мной: я вижу трех властителей — прошлого, настоящего и будущего. Вернее, властительницу и двух владык-мужчин… Она — плененная сетью или связанная паутиной — прекрасна, как утренняя заря, и взывает о помощи. Один из владык молод и знатен; он — в плену за каменной стеной, которую тщетно пытается разрушить голыми руками. Последний же — храбрый, могучий и отважный воин. Он спешит на помощь к властительнице и разрывает паутину.
И еще мне дано видеть облака, озаренные мерцающим светом луны. С облаков колдуньи наблюдают, как тени утопших восстают из болотной трясины, и как Великий Червь буравит земную твердь, и глядят на величественные склепы, где покоятся короли. Воистину странные видения!
Разес покачал головой, словно избавляясь от наваждения.
— Ты можешь передать правителю, что Коф и Хорайя на пороге больших перемен. Это все. Теперь прости — я должен остаться один. Путь неблизок, и мне предстоит тщательно подготовиться к нему. Пусть светила благоволят тебе, Датхан. Прощай!
Прекрасен королевский дворец Хорайи! Великолепен карпашский мрамор полов, радуют глаз голубые, покрытые затейливой резьбой своды, всеми красками радуги сияют на стенах ковры. Гулким эхом отдавались в этих прекрасных каменных залах звон шпор и топот тяжелых кованных сапог Конана, варвара из Киммерии. Решительным шагом он направлялся к покоям принцессы Ясмелы. Принцесса, сестра короля Коссуса, в его отсутствии правила государством, исполняя обязанности регента.
