Через пятнадцать минут удалось расширить щель так, чтобы туда в притирку пролез человек.
Вылезли.
И до того разрушенные здания почти сравняло с землей. Трава, в изобилии росшая в степи, сгорела дотла и теперь ее черный пепел покрывал все видимое пространство, вплоть до ближайших холмов. Где-то вдали горели редкие деревья. Ярко-красным светилась стеклообразная масса в том месте, над которым произошел взрыв. Он был воздушным, всего на полторы-две килотонны, поэтому воронки почти не образовалось. Большая часть энергии взрыва ушла именно туда, куда люди и планировали — в световое излучение и ударную волну.
Вытащили Ангела. Она уже не смогла стоять, ее сознание плавало. Она говорила со своим сынишкой. Звала его, успокаивала.
Нашли обгоревший труп Сабвэя. Он лежал, прижимая к груди тубус от спецсредства. Пальцы, сожженные до кости, с тихим стуком упали на землю, когда Макс пытался достать пусковую установку.
Егор расстелил накидку, и, начал аккуратно перекладывать останки местного на нее. До его воскрешения оставалось тридцать минут.
Фрейд внимательно наблюдал за процедурой, а потом предложил оторвать трупу руки и ноги, чтобы легче было нести. Егор подумал. А потом, хладнокровно оторвав обгоревшие чурбачки конечностей, завернул их в другую тряпку и кивнул на нее ведьмаку. Мол, сам предложил, сам и неси. Это армия, сынок. Здесь инициатива всегда имеет инициатора.
Келли потеряла сознание. Ее состояние ушло в красную зону.
За пятнадцать минут они едва ли прошли метров пятьсот. Ноги плохо слушались, кожу нестерпимо жгло, глаза слезились. Аптечки «доедали» второй картридж.
Только Федор чувствовал себя более-менее сносно. Его состояние постепенно переходило в зеленую зону, щеки наливались румянцем, и Фрейд назвал священника радиоактивным мутантом.
Еще через пять минут Макс остановился:
— Гранит, я настаиваю на применении боевого коктейля! Передвигаясь с такой скоростью, мы покинем зараженную зону только через два-три часа. Это неприемлемо! Каждая минута нахождения здесь убивает нас быстрее, чем это делает коктейль.
Егор уже и сам подумывал вколоть себе химии, но опасался последствий: мощнейшая начинка боевых коктейлей, придавая на некоторое время человеку серьезную прибавку в силе, ловкости и реакции, тем не менее наносила организму серьезный ущерб. Прежде всего страдали печень и почки, ведь именно на них ложилась вся тяжесть вывода поистине ядерных веществ из крови. Причем, здесь действовал забавный эффект: чем хуже работали у человека эти природные фильтры, тем дольше коктейль действовал на него, тем дольше он оставался сильным и ловким.
Вот только как подействует эта химия на организм, ослабленный радиацией? Причем доза радиации такая, что хоть святых выноси.
— Ладно, — махнул капитан рукой. — Ктохочет, втыкайте себе боевой коктейль. Это тюбик номер один, не перепутайте! После того, как выйдем из зараженной зоны, рекомендую вколоть деактиватор коктейля. Это тюбик номер два. Пожалейте вашу печенку.
Макс, Мелкий и Фрейд зашуршали целлофаном, в нетерпении срывая защитную упаковку с шприц-тубусов. Кололи прямо через ткань, в бедро. Кололи с ожесточением, с дрожащими руками. Как наркоманы, которые наконец-то добрались до заветной дозы.
Буквально через минуту на внутреннем взоре Егора огоньки, визуально отображающие состояние здоровья членов группы, загорелись зеленым у троих из них. У тех, кто вколол себе коктейль. Паладин был в зеленой зоне уже минут десять. Хотя никакой химии он себе не ставил.
— Макс, раз ты теперь шустряк — с тебя передовое охранение. Держись в прямой видимости.
Егор глянул на часы: через восемь минут Сабвэй должен воскреснуть. Он надеялся на это. Мало того, что лишняя пара совершенно здоровых рук, ног и глаз. Да еще и эти сорок с лишним кило его обгоревшего тела на спине, которые словно якорь, тянут капитана вниз. Фрейду-то уже хорошо — химия сделала из него силача, он сейчас даже и не замечает, что таскает еще тридцать килограмм помимо своих собственных. А вот Егору и Злому, что тащили Сабвэя поочередно, было совсем не комильфо. Выдра, тащивший бесчувственную Ангела, тоже терпел — его экзоскелет брал на себя большую часть нагрузки. Хотя энергии в нем оставалось минут на тридцать, не больше.
Впрочем, теперь пошли быстрее — принявшие коктейль значительно разгрузили остальных, взяв на себя большую часть амуниции и оружия. Скорость передвижения группы выросла процентов на тридцать.
Егор высматривал далеко убежавшего Макса и размышлял о запуске воробьев-разведчиков, когда мешок на его спине начал стремительно холодеть. Бросив накидку с завернутыми останками, он замахал ведьмаку, мол, тащи сюда руки-ноги.
Дальше все было, как и в прошлый раз: непроглядная тьма окутала обгоревший до состояния угля труп. Капитан украдкой глянул на паладина, все-таки воскрешение из мертвых, по его религии, было доступно только единственному — богу. Что он теперь об этом думает? Федор, словно почувствовав на себе заинтересованный взгляд и, до этого что-то шептавший, возможно и молитву, демонстративно сжал губы.