Благословлен и проклят полностью

Егор засмеялся.

Конечно у нас получилось. Реакцию двух мы предугадали на сто процентов. А остальные… Истерика Мелкого, меланхоличный, почти безразличный взгляд Ангела, сдержанная агрессия Выдры, смешливый интерес Сабвэя, демонстративная ненависть Злого. Это нормально. Это переживем.

Успокоились. Начали собираться. Путь предстоял не близкий и хотелось прийти на место с хорошим запасом по времени.

Мелкий, который с трудом терпел мое присутствие, а после ритуала по оздоровлению, казалось и просто возненавидевший, демонстративно игнорировал моих бойцов. Хотя при его росте и росте великанов это выглядело неимоверно смешно.

Сергей откровенно ржал над потугами невысокого француза не замечать Рыцарей Смерти. Даже Федор, который понял, кем являлись суперзомби и тот время от времени с усмешкой фыркал в русую бороду.

Мы возвращались. Местный повел нас другим маршрутом, но время от времени я видел знакомые возвышенности. Они были дальше и правее, как и река, но тем не менее я понимал наш маршрут. Вон там, километрах в десяти-пятнадцати произошла наша трагическая встреча с Федором. А там, еще дальше взорвали заряд.

Фрейд, колдун, шел рядом со мной и почти пытал меня вопросами по созданию рыцарей смерти.

— Звезда должна быть расположена в соответствии с главными местными светилами. Самый длинный луч, — я вздохнул воздуха, — обязательно направь на полярную звезду или ее аналог.

И тут мое магическое чутье взвыло!

Магия, неимоверной силы темное волошбо творилось очень и очень близко. Я даже визуально увидел, как нити темной энергии скручиваются, утолщаются в том месте, где находился чародей. Вот, буквально за тем холмом.

И нити начали распрямляться. А я набирал воздуха в легкие, потому что крикнуть было просто нечем.

Звезды, ядовито-зеленые, ослепляющие, начали падать на нашу группу. Люди увидели их, бросились в рассыпную, но у меня было осознание, что это не поможет — тут били наверняка, чтобы уничтожить, растворить, сравнять с землей. Магические болиды летели медленно и степенно. Вряд ли их скорость превышала трех-четырех десятков метров в секунду Словно бомбы на парашютах.

Я понятия не имел, что такое на нас валилось. Бывшие хозяева не очень охотно делились знаниями о высших боевых заклятьях. Но мне почему-то пришла в голову аналогия с ракетами. И тут же всплыло другое понятие. ПВО. А почему нет?

Самое простое, самое элементарное. Ядовитый плевок. Только не один, а много, очень много. Несколько десятков маленьких, таких же ядовито-зеленых шариков сорвались с моей руки и понеслись в сторону ближайшей падающей звезды.

Один мимо, второй мимо, третий, шестой, седьмой…

А вот восьмой попал.

Громыхнуло. Зеленое пламя мгновенно залило, расплескалось на полнеба. Люди попадали на траву, ища укрытие. Но пламя уже гасло, только искры, вспыхивая изумрудами падали на землю.

Я стрелял шариками, понимая что мне просто повезло с первым. Звезд падало слишком много. Казалось, вся галактика решила упасть на нас.

Стрелял и одновременно крутил головой, ища укрытие либо что-то что сможет защитить нас от враждебной магии. И тут, мой взгляд упал на Фрейда. Я творил волошбу поэтому и взглянул на него по другому, через призму магии. Ведьмак был полон энергии. Под завязку, под макушку.

— Стреляй, черт возьми! — крикнул я ему на последних граммах воздуха.

Его глаза, полные страха, обреченности и паники уставились на меня.

— Магией стреляй! — умные слова совсем не лезли в голову.

— Но я не умею! — взвизгнул он. Тонкие пальцы рук обхватывали бесполезный пистолет-пулемет на уровне груди. Темные глаза, в которых бесновался страх, смотрели на меня.

— Можешь! Стреляй!

Колдун вытянул в сторону падающей звезды руку с растопыренными пальцами и истерично, пустив «петуха» на последнем «О», крикнул:

— Фаербол!

Здоровый, с волейбольный мяч, огненный шар сорвался с его руки и набирая скорость понесся ввысь, к медленно падающей смерти. Мимо, конечно.

Расширенными от непонимания глазами, Фрейд уставился на свою руку. Некогда удивляться сейчас, некогда!

— Стреляй, твою мать! — крик мне удался.

Колдун мгновенно преобразился, вскинул обе руки и заорал во всю глотку:

— Фаербол! Фаербол! Фаербол! Фаерболфаерболфаерболфаербол…

При каждом вскрике с его двух рук, как при стрельбе по-мексикански, в небо уносились россыпи ярко-красных, пышущих жаром шаров. Десять, двадцать, тридцать.

Часть улетала мимо, в пустоту. Но некоторые попадали. Зеленые вспышки не прекращались, изумрудные искры дождем проливались вниз.

Взрыв следовал за взрывом, я совсем ничего не слышал, видел только как Фрейд в неистовстве разевает рот, как полыхают огнем его глаза, а фаерболы вылетают из рук почти без промежутков.

Я тоже не отставал, пусть мои ядовитые плевки выглядят не так впечатляюще огненных шаров, но зато летят они куда точнее.

Впрочем, даже это нас не спасало. Падающих звезд становилось все больше. Они объединялись, укрупнялись, сливались вместе. Теперь это выглядело как падающая с небес крупноячеистая рыболовная сеть, где узелком каждой ячеи была смертоносная зеленая звезда.