Я сам вызвался охранять их этой ночью. Сон — это состояние
Я размышлял. Мне нужно было о многом подумать и ночь к этому как раз располагала. Люди, расставив по периметру кучу датчиков, запустив в темное небо робоптицу, уснули. Я тоже раскидал по округе охранные заклинания и сел у входа в грот, куда мы пришли уже поздно ночью. Это углубление в скале, вызванное водной эрозией протекающего здесь ручья, оказалось очередным схроном этого странного человека Сергея. Он когда-то давно прикрыл сверху, чтобы не было сырости, русло ручья. Натаскал дров, высадил рядом быстрорастущие кустарники и деревья. Получилось неплохо. Грот защищал от осадков и ветра, костер согревал. Видно, что Сабвэй подошел к этому с умом и опытом.
Скорее всего, наклон оси этой планеты близок к земному — утренний восход местного солнца в этот летний период происходит достаточно рано. На фоне алеющего неба яркие лучи светила выглядели особенно завораживающе.
Я поймал себя на этой мысли. Как давно я не любовался рассветом? Как вообще так получается, что лич, бесчувственный мертвяк, вдруг увидел красоту природы? Что со мной не так? Неужели филактерия так подействовала на меня? Или люди, с их проблемами, вопросами, с их хрупкими жизнями?
Встал с бревна, на котором сидел всю ночь, при этом колени заскрипели. Громко и отчетливо заскрипели.
Сложил из сухих веток костер и, с трудом, но заставил древесину самовоспламениться. Забавно. Я могу выпить из здорового, зеленого дерева жизнь, в мгновение ока превратив его в труху. Могу поднять зомби, могу создавать таких кадавров, что и не снилось создателям фильмов ужасов. Могу уничтожать посевы, наводить на них порчу, легко сделаю воду ядовитой.
А зажечь чертов маленький огонек смог только с десятой попытки. Вот что значит другая стихия, вот что значит управление совсем другим видом магии. Специализация, будь она неладна!
Зачерпнул котелком воды из ручья и повесил его кипятиться над костром. Еще с вечера Сергей нарвал каких-то местных, наверняка ароматных трав, и чуть подсушил на солнце. Так что, как только вода закипит, заварю чай. Когда мои спутники встанут, им будет приятно.
Чуть позже, я сидел в сторонке и смотрел на них, смеющихся, жующих незамысловатую пищу и запивая ее моим обжигающе-горячим чаем. И вспоминал свою прежнюю жизнь. Походы всей семьей в лес, неугомонных внуков, за которыми только глаз да глаз нужен. Счастливых сыновей с женами-хохотушками. Лающих, резвящихся вместе с детьми собак. Там также весело горел костер, в углях запекалась картошка, а в котелке варилась ароматная уха.
Бабье лето тогда было невероятно теплым и золотым. Огромные янтарные листья с тихим шелестом падали на землю, тонкие нити паутин искрились на солнце, а воздух был прозрачен и чист.
Да.
Счастье осознаешь только тогда, когда теряешь его.
Филактерия жгла. Они звали меня. Все мои родные звали меня. В темноту.
“Потерпите, мои хорошие", — прошептал я, — дедушке нужно сделать еще кое-что”.
Вдохнул-выдохнул пару раз, наполняя воздухом легкие. Вот тоже неожиданная проблема. Сейчас мне дышать совсем не нужно, мое мертвое тело не нуждается ни в пище, ни в воде, ни в кислороде. Но чтобы говорить, воздух необходим, поэтому такие, казалось бы элементарные вещи, нужно продумывать заранее и готовиться к ним несколько минут.
— Егор! — негромко позвал я. Голос сухой, скрипучий и полностью подходит к тому как я теперь выгляжу. — Нужно поговорить, можешь уделить мне десять минут?
Мы шли вдоль ручья, постепенно приближаясь к обрыву, с которого он небольшим водопадом срывался вниз, в широкую, неторопливую реку.
— Скажи мне, — начал я, — какие ваши дальнейшие планы? Ведь, как я понял, свою основную миссию вы не выполнили, да, по сути, и не могли ее выполнить. Не подумай, что я задумал что-то плохое, но от твоего ответа зависит мое дальнейшее поведение.
— Поведение? — парень удивленно посмотрел на меня.
— Да. Сегодня ночью я думал. Много думал. Я понял, что, хоть и косвенно, но виновен в происходящем здесь. Ведь я приносил вред людям, хотя раньше тоже был человеком. Не приди я сюда, в этот мир, за филактерией, возможно, ваше положение было гораздо лучше. Вероятно ваш капитан был бы жив. Поэтому я помогу вам. Помогу выбраться из этого мира. Но если вы намерены остаться здесь, то я уйду.
— Я тебя понял, — Егор кивнул. — Войсковая операция на