Геннадий Русский
БЛАТНЫЕ СКАЗОЧКИ
Привет, блатненькие, привет, родненькие!
Почтение вам, мазурики-жулики, поклон вам, ворики-торики!
Всех званий и профессий: карманники-ширмачи, щипачи-ловкачи, домушники-взломщики, скокари и фармазонщики, марафетчики-надуватели, стрелки-вымогатели, чернушники-темнушники, воришки-мальчишки, мокрятники-грязнули, валютчики-чистюли - похитители и расхитители, разорители и погубители - и почтенные люди медвежатники!
Привет, привет... И тебе, Костя-атаман, чай, помнишь меня по Сухаревке? Когда тебя словили, меня спрашивают: «Он?», а я говорю: «Не знаю». Попомни мою доброту и не дай в обиду перед твоим народцем.
Знакомства ради нашего и увеселения общего для - а ну, скопляйся ко мне! - затевается сказ -
О ВОРОВСТВЕ НА СВЯТОЙ РУСИ
Все тута? Вот и скажите мне, братики-блатики, все вы одного дела мастера: отчего повелось во всем мире и у нас на Руси воровство? Одни говорят: потому что дураков много, как с них не взять? Другие говорят: оттого, что бедные есть и богатые, так как бедным не попользоваться чужим богатством? А вот Коля-скокарь говорит, что ему наплевать, он все равно бы воровал. Ты не смейся, не так уж он глупо сказал. Допустим, дать людям вволю всего, как нам в прекрасном будущем обещано, все равно ведь будут красть и друг дружке пакостить, так, от одной лихости! Верно? И что за натура такая человеческая! Взять хоть меня: вовсе нищ и убог, одно богатство, что душа да вша, так и у того мешочек увели. Зачем? - ничего путного в том мешочке нет - а лишь бы украсть, стибрить, слямзить, схимичить. Ну да ладно, я не о себе говорю...
Так вот: откуда в нас оно, это воровство? От лукавого, понятно. Адам-то, наш праотец, в райском саду что сделал? Известно: в Господнем хозяйстве яблочком соблазнился - а ведь иные из вас свою судьбу с яблочка начинали... А навела его на то дело Ева, сами знаете, сколь раз из-за бабы заваливались! Вот и вошло с тех пор в мир воровство. Катилось оно по белу свету, катилось и докатилось к нам, на святую Русь.
Какие они были, предки ваши, за давностью лет неведомо. Но были. Откуда знаю? Как же! Замки-то были? Значит, и воры были! А замочки хороши были, куда нынешним, сам в Историческом музее глядел, такой вашему брату не отомкнуть, это тебе не английская чепуховина. Сбить? Это можно, так и орудовали. А поймают на татьбе - руку отрубят. Лагерей-то тогда не было и тюрем немного. А то ноздри вырвут, клеймо на лоб поставят - ходи, свети, чтоб все видели. То-то теперь лучше стало! Оттянул срок, оделся в новый костюм и - гуляй, Вася!
В прежние-то времена делились все преступные люди на воров и татей. Вот вы, воры по-нынешнему, по-старому будете тати. Были тати ночные, шпыни лесные, шиши бедовые. А я политический - вор! Огорчительно это вашему слуху, а так было, ничего не поделаешь. Тать - это кто граждан обижает, а кто царство-государство обидел - тот вор. Так оно, братики, и поныне есть. Допустим, ты магазин обчистил или даже душу Божью загубил, а я не то слово сказал - одна нам мера, а кому и покруче.
Однако вернемся к временам давним. К примеру - Стенька Разин. Пока купцов грабил да покрикивал «Сарынь на кичку!», был он тать обыкновенный, а как пошел с царем воевать - стал вором. Тати разбойные и тогда ценились много милостивее, нежели воры политические. Конечно, и татям несладко выходило, особливо ежели православные граждане словят - беда, зашибут насмерть, в Разбойный приказ, милицию тогдашнюю, не потащут. А уж если кто заворовал - тут тебе и дыба, и плаха, как Стеньке. Да Стеня-то не первым был, был до него Гриша-самозванец, да не последним - был Емеля Пугач - благая троица! И что за страна у нас такая: ты и могучая, ты и бессильная, ты и святая, ты и воровская! Что плохо лежит - уведут беспременно, хоть и псу под хвост не надо (как мой мешочек). Вот в иных полунощных странах, говорят - честность изумительная: потерял ты, допустим, бумажник - сами на дом приносят и еще поблагодарят, что помог им совершить доброе дело! Ха-ха! А у нас тот бумажник ширмач из кармана вытянет, да так ловко, что и не заметишь, а станешь жалиться, тебя на смех подымут - не будь разиней! Да что кошелек-бумажник, иные все царство-государство, как чужой кошелек, в свой карман кладут, и никто ничего. Вот они-то и есть воры настоящие, воры первые.
