Проходят дни, но жители никак не рождаются. Ванзин предлагает разрезать огромный живот Ирмалинды, напоминающий гору, и самим достать оттуда новосельцев. Распарывая живот, жители обнаруживают внутри Ирмалинды совсем неизвестных никому существ, похожих на белых пиявок. Доставая одну за другой, островчане опорожняют растительный живот Ирмы шестью жирными белыми пиявками. Шестеро рожденных существ - это последнее, что узнает Ирмалинда перед смертью от истощения. Пиявки, желая питаться, припадают к матери и высасывают её до кожи с костями. Труп Ирмалинды распадается на крупинки песка, которые красиво укладываются на берегу. Островчане, не зная, что делать, сваривают белых пиявок в одном большом чане. Сделав из них киселек, они все вместе принимаются за сладость. Опробовав пиявок, все островчане заболевают болезнью животика. Весь остров Забытье начинает сходить с плеч так, как ещё и Ванзин не принюхивался.
Островчанин (держась за живот): Я будто бы обретаю голову.
Ванзин: Нет, это тебе только кажется! Я сам как черешенка вишу, но всё вижу! Я знал, что отвар лучше не пить. Не понимаю, как такое породиться смогло. Есть один способ, как нам от болезни избавиться.
Островчане (хором): Как, вождь? Спаси нас! Выровни животы!
Ванзин: Я знаю способ. Есть у меня на такой момент одна красная строчка. Я вам её никогда не показывал, но сейчас самое то. (Помолчав.) До прибытия нового сорта ещё, наверное, долго. Всё же надо идти!..
Ванзин в окружении жителей острова направляется к вулкану, хранящему секрет Ванзина. Дошедши до вулкана, Ванзин бросает ведерко в колодец и поднимает со дна маленький мозг.
Ванзин (показывая на мозг): Это, многоуважаемые, есть нечто, что в последний момент пригодится. Есть такая легенда. Однажды юная дама шла гулять по лесу, чтобы набрать цветов. Её настиг один взрослый мужчина и желая завладеть, убил на месте. Так ему понравилось это, что он продолжал убивать таких же дам, гуляющих по лесу. Убивая, он стал забирать трупы себе в хижинку, где обматывая каждую убиенную простынёй, убеждал себя, что это специальная паутина, которой он окутывает женский род. Собралось у него множество лакомых кусочков. Как-то раз, вяжет он очередную свою жертву, а тут к нему в хижинку стук. Мужчинка наш испугался, думал, мало ли к нему пришли девушек забирать. Он-то ими дорожил, как волосиками на руках. Отворяет дверку - а там никого и нет. Ну, думает, видимо показалось. Ещё одну вяжет - опять стук. Открывает - а там снова никого нет. Так наш умелец много раз дверцу открывал, а там никого и не было. Слишком он мнительный стал: занавески повесил, зеркала выбросил, даже на девушек перестал особенно ходить, потому что его теперь всё этот стук занимал - откуда он, куда он, для чего? Так он и в собственные сети попал: надумал себе, что стук этот его же убиенные девушки и выделывают. Слышит стук, а сам смеется, говорит, не пущу я тебя, потому что ты у меня в подвале связанная отдыхаешь. Ему снова стучат. Он открывает, всё хохочет, а тут на пороге маленький мальчик стоит и смотрит. Ты, говорит мужчина, кто такой и что тут забыл. А мальчик ему ручку протягивает, а там паучок маленький. Мужчина наш не понял, что происходит, а мальчик как раз исчез. Вооружился мужчинка, стал бегать по лесу и заблудился, хотя лес этот знал, как свои любимые волосики на руках. Брел, брел по лесу, да и увидел вот этот самый колодец. Не зная что делать, мужчинка наш стал биться головой об колодец, чтобы мозг у него выпал куда подальше, а сам он и закончился прямо тут, потому что тошно ему стало и ничего уже больше не хотелось. Мозг его выпал в колодец и там и остался. А мужчинка наш навсегда где-то пропал.
Островчанин: А что за легенда такая?
Островчанка: Да и дурная какая-то. Причем тут вообще всё?
Ванзин: Да я откуда знаю, я её находу придумал. Пойдемте.
