Война, война.С воинственным гиканьем пыльные племенаПрыгают в стремена.На западном фронте без перемен: воюют нацмен и абориген,Пришлец и местный, чужой и свой, придонный и донный слой.Художник сдал боевой листок: «Запад есть Запад, Восток – Восток».На флаге колышется «Бей-спасай» и слышится «гей»-«банзай».Солдаты со временем входят в раж: дерясь по принципу «наш – не наш»,Родные окопы делят межой по принципу «свой-чужой».Война, война.Сторон четыре, и каждая сторонаКроваво озарена.На северном фронте без перемен: там амазонка и супермен.Крутые бабы палят в грудак всем, кто взглянул не так.В ночных утехах большой разброс: на женском фронте цветет лесбос,В мужских окопах царит содом, дополнен ручным трудом.«Все бабы суки!» – орет комдив, на полмгновенья опередивКомдившу, в грохоте и пыли визжащую: «Кобели!»Война, война.Компания миротворцев окруженаВ районе Бородина.На южном фронте без перемен: войну ведут буржуй и гамен,Там сводят счеты – точней, счета, – элита и нищета,На этом фронте всякий – герой, но перебежчик — каждый второй,И дым отслеживать не дает взаимный их переход:Вчерашний босс оказался бос, вчерашний бомж его перерос —Ломает руки информбюро, спецкор бросает перо.Война, война.Посмотришь вокруг – кругом уже ни хрена,А только она одна.На фронте восточном без перемен: распад и юность, расцвет и тлен,Бессильный опыт бьется с толпой молодости тупой.Дозор старперов поймал бойца – боец приполз навестить отца:Сперва с отцом обнялись в слезах, потом подрались в сердцах.Меж тем ряды стариков растут: едва двоих приберет инсульт —Перебегают три дурака, достигшие сорока.Война, война.По левому флангу ко мне крадется жена.Она вооружена.Лишь мы с тобою в кольце фронтов лежим в земле, как пара кротов,Лежим, и каждый новый фугас землей засыпает нас.Среди войны возрастов, полов, стальных стволов и больных головЛежим среди чужих оборон со всех четырех сторон.Мужик и баба, богач и голь, нацмен и Русь, седина и смоль,Лежим, которую ночь подряд штампуя новых солдат.Лежим, враги по всем четырем, никак объятий не раздерем,Пока орудий не навели на пядь ничейной земли.<p>Семнадцатая баллада</p>
