В ту минуту, когда Милош выезжал со двора, туда въезжал почтовый экипаж, в котором сидел человек, казалось, узнавший Милоша. Это был мужчина с неприятным, неподвижным лицом, с большими беспокойными глазами, острый взгляд которых будто пронизывал человека насквозь.
Выйдя из экипажа, он спросил, дома ли графиня, и велел доложить о себе.
— Передайте графине мою карточку, — протянул он лакею визитку, на которой тот прочитал: «Филибер, капеллан».
— Будьте так добры, поднимитесь, — пригласил лакей, — а я пойду доложу о вас.
Медленными шагами поднялся приезжий по лестнице и вошел в приемную, внимательно осматривая старинное, но богатое убранство. Лакей вскоре вернулся и сказал, что графиня сейчас выйдет.
Когда графиня появилась в приемной, на губах ее играла легкая презрительная усмешка.
— Вы здесь, Филибер, — вместо приветствия сказала она. — Я ничего не знала о вашем приезде. В последнем письме вы не говорили о вашем намерении оставить Париж.
Приезжий поклонился и поднес к губам руку графини.
— О графиня, разве найдется такой человек, кто, хоть однажды узнав вас, в состоянии перенести долгую разлуку с вами.
— Оставьте! — перебила его графиня. — Довольно. Я все это прекрасно знаю. Скажите лучше, что привело вас сюда, Филибер?
— Извините меня, Камилла, — ответил Филибер, — если я вместо ответа предложу встречный вопрос: произошло ли со времени смерти графа какое-нибудь сближение?
— Сближение? С кем?
— С его светлостью.
— О чем вы говорите! Между ним и мною невозможно никакое сближение.
— Видите ли, подъезжая сюда, я видел егеря его светлости. Я не думаю, что ошибся, хотя вид у него был очень нездоровый.
— Да, он навсегда оставил замок. Его приставили, чтобы наблюдать за мной.
— Вот как. Значит, его светлость живет где-то поблизости?
— Говорят… Но вы так и не сказали, Филибер, какими судьбами здесь?
— Я приехал остаться с вами, Камилла, быть вашим защитником, советником, капелланом здешнего замка. Кто больше всего заслужил этот пост, как не тот, кто знает, что было в прошлом, кому вы можете открыть ваше сердце?
— Мне кажется, сначала вам не мешало бы спросить моего согласия, — раздраженно сказала графиня.
— Неужели это столь необходимо для меня, так давно пользующегося вашим доверием? Я приехал из Парижа и привез вам некоторые интересные для вас известия, Камилла. О той особе, которая, несмотря на все обстоятельства, если судить по вашим письмам, не забыта вами и не будет забыта, поскольку трогает ваше материнское сердце, — понизил голос Филибер, пристально глядя, какое впечатление произведут его слова.
— Вы имеете в виду Леона?
— Да, Леона, которого вы не видели с малолетства. Но я его видел вместо вас. Не хотел доверить бумаге свои впечатления, ибо не мог быть уверенным, что письмо не попадет в чужие руки.
— Где же он?
— Имею счастливую возможность успокоить ваше материнское сердце: Леон жив.
— Тогда он должен стать орудием моей мести, — с угрозой прошептала графиня.
— Его светлость поместили Леона под надзор своего бывшего доверенного камердинера, — продолжал Филибер, пропустив мимо ушей замечание графини. — Старый Брассар воспитал его.
— Значит, он в Париже, у Брассара?
— Нет. Леона у него нет, он уехал в Вену… В Париже он изучал медицину.
— И тоже медицину…
— Да, как и его светлейший отец, который, оправившись от тяжелой болезни, занялся медициной и естественной историей.
— Как вы узнали, что Леон в Вене?
— От старого Брассара.
— Вы его нашли, Филибер?
— Он почти ослеп и не узнал меня, а я выдал себя за товарища Леона.
— Брассар дал вам его адрес?
— Нет, он сам его не знал. Леон давно не подавал о себе вестей. Старик был очень сдержан и ничего больше не сказал.
— Значит, Леона надо найти в Вене, — сказала графиня. — Конечно, так, чтобы он сам ничего не подозревал. Вы понимаете меня, Филибер? Леон не должен знать о наших с ним родственных связях.
— Он считает старого Брассара своим отцом.
— Тем лучше. Когда вы едете? — отрывисто спросила графиня.
— Когда прикажете, моя госпожа, — ответил Филибер.
— Как можно скорее, Филибер. Мне очень нужно найти Леона и завлечь его сюда. Но все это должно быть покрыто глубокой тайной. Никто не должен…
— Какой напрасный страх, Камилла, — перебил Филибер. — Разве я когда-нибудь проговаривался? Разве я не был всегда верным рабом вашего очарования? Вы же знаете, что никто не может устоять против вашего прямо-таки мистического воздействия на людей.
— Вам еще представится случай доказать свою преданность на деле, — сказала графиня. — Отдохните несколько дней, а потом поезжайте в Вену. Вас там не знают, и вам легко удастся найти Леона. Займите комнаты возле капеллы. Завтра после обедни я познакомлю вас со всеми обитателями замка.
Графиня позвонила в колокольчик. На пороге возник камердинер.
— Проводите господина капеллана в комнаты рядом с капеллой, — распорядилась она. — С сегодняшнего дня вы состоите при нем.
Филибер поклонился графине и последовал за слугой.
