Митнахту стало совсем не по себе от того, что телеграфист знает даже его имя. В случае чего данное обстоятельство могло сильно повредить ему. Однако, понимал он, всякая попытка солгать может только усугубить положение. Телеграфист между тем с некоторым удивлением рассматривал далеко не блестящий костюм графского управляющего, не подозревая, что тот давно уже оставил свое место.
— У вас хорошая память, — мрачно заметил Митнахт.
— Что есть, то есть, — согласился телеграфист — это был тот самый напарник Арнольд, которого так ждал Бруно. — Мне стоит раз увидеть человека, и я его запоминаю надолго.
Арнольд сделал знак проходившему мимо лакею:
— Подайте кружку пива и что-нибудь закусить.
— И мне пива, — попросил в свою очередь Митнахт, чтобы не сидеть белой вороной, хотя мысленно тут же прикинул, что оставшихся денег теперь хватит лишь на билет третьего класса до ближайшего к Варбургу города.
Принесли заказ, и Арнольд вынул портмоне, чтобы расплатиться. Митнахт увидел, что оно битком набито золотом и ассигнациями, а вид денег никогда не оставлял его равнодушным, тем более сейчас, когда он прочно сидел на мели.
Арнольд довольно засмеялся, хлопнув по бумажнику.
— Когда возвращаешься из дома от стариков, всегда что-то перепадает.
— Вы были у ваших родителей?
— Да, ездил в отпуск. Завтра должен выходить на работу. У моих родителей под Гамбургом небольшое имение, где я и гостил. А на дорогу вот подкинули деньжат.
— Значит, едете обратно в Баум?
— Да, с ближайшим поездом. Вы, вероятно, тоже, господин Митнахт? Нам, наверное, по пути?
— Конечно, конечно, — поспешно ответил Митнахт, оглядываясь, не услышал ли кто из пассажиров его имени.
Тут к Арнольду подошел знакомый, они отошли в сторону, и Митнахт получил возможность обдумать свое положение.
Две вещи представляли сейчас для него опасность: во-первых, телеграфист узнал его, во-вторых, у него не было денег даже на билет до нужной станции, в то время как совсем рядом, в портмоне молодого человека, едущего с ним в одну сторону, лежит приличная сумма…
Митнахт встал и, делая вид, что хочет немного пройтись, мимо Арнольда, беседовавшего с приятелем, вышел на платформу. Уже подали состав, кондуктор отворил двери. До отхода оставалось четверть часа.
Митнахт задумчиво шел вдоль поезда. Вдруг знакомый голос снова назвал его по имени. В окне вагона второго класса показалась голова телеграфиста Арнольда. Он был в купе совершенно один.
— Проходите ко мне, — предложил он с самым дружеским расположением. — Вдвоем веселее.
И Митнахт решился…
— Пойду возьму билет, — сказал он и отправился в кассу.
Он взял билет второго класса до той станции, куда хватило его денег, и прошел в купе Арнольда.
В вагоне до самого отправления больше никто не появлялся, и молодой человек радовался, что им удобно будет отдыхать, никак не предполагая, что напротив него сидел человек, для которого он ненужный и опасный свидетель. И этот человек уже решил заставить Арнольда замолчать навсегда.
Митнахт, действительно, размышлял о том, как бы незаметнее отправить телеграфиста в мир иной. Обстоятельства благоприятствовали Митнахту. Кроме того, он решил не жадничать, а взять у телеграфиста лишь столько денег, сколько необходимо, чтобы доехать до Варбурга, не трогая остальные для отвода глаз.
— Около часу ночи будем в Бауме, — сказал Арнольд. — Дальше поедете один, господин Митнахт, а пока надо устроиться поудобнее.
Пришел кондуктор, взял билеты и громко переспросил название станции, до которой ехал бывший управляющий.
— Как, вы едете только до этой станции? — удивился Арнольд.
— Да, у меня там завтра утром дела, — неохотно ответил Митнахт и стал укладываться.
Арнольд попытался завести разговор, но Митнахт прикинулся засыпающим, зевал, односложно отвечал сонным голосом, и телеграфист отстал и вскоре уснул.
Итак, Митнахт решил уничтожить возникшую перед ним опасность в лице молодого телеграфиста. К его несчастью, он знал имя бывшего управляющего, а главное — имел прямое отношение к депеше в Гамбург на имя Марии Рихтер.
Митнахту было известно, что после напрасных поисков Марии Рихтер в Америке Гаген вернулся домой. Не было никакого сомнения, что вместе с Бруно они и здесь, в Европе, продолжат розыски. Оба они знали о депеше. И если им удастся выяснить, что она отправлена в Бауме, тогда, несмотря на принятые предосторожности, все может всплыть на свет Божий, поскольку от Арнольда без труда узнают имя отправителя. Гаген в любой момент может пойти по этому следу. Ему во что бы то ни стало надо помешать. И вот счастливый случай отдавал свидетеля в руки Митнахта…
Притворяясь, что спит, бывший управляющий украдкой наблюдал за своей жертвой. Арнольд спал.
Был одиннадцатый час, когда поезд подошел к большой станции. Арнольд проснулся. Митнахт тоже встал.
— Дальше пойдут полустанки, и до самого Баума поезд остановится всего два раза, — сказал Арнольд.
Но первой из этих двух остановок была как раз та, до которой брал билет Митнахт. Надо было скорее решаться. Поезд снова тронулся. Путешественники опять легли на свои диваны.
