Бледный карлик полностью

Это было время, когда атмосферу стерилизовали и дистиллировали…

Это было время, когда в воздухе пахло космической пудрой и положительными ионами…

Розово-лиловыми зорями рдел 7469 год Перекосмической эры. Дней не было. Ночей тоже. Был сплошной рассвет.

Древнейший писатель-фантаст Ага Сфер настраивался на трудовой ритм лаборатории лунной обсерватории. Близился к концу комплекс эмоционально-эстетической гимнастики, пробудившей в писателе ультравысокие чувства и мысли.

— Ку-пространства не существует, — думал он, — Вселенная параболична, как поэзия, литература должна быть стереометричной и стереофоничной.

Нервные конечности фантаста непринужденно скользили по партитуре электронно-музыкального синтезатора. В такт с мелодией мерцали звезды. Под куполом незримо вспыхивали ультрафиолетовые лампы, облучая загаром атлетический торе Ага Сфера. Писатель люминесцировал.

Беззвучно прозвучал финальный аккорд.

По-юношески сделав полуверонику, Ага Сфер перенесся в другой конец зала. До завтрака предстояло поработать. Кибернетическая машина, запрограммированная сюжетами, создала несколько поэм, звездную повесть-мечту «Мы из Туканы» и лирико-трагический рассказ о порхающих влюбленных (он завершался развязкой: «Перебиты, поломаны крылья»). Все эти произведения надо было разметить для перепечатки, оценить в битах и подписать. Кроме того, предстояло заказать машине научно-популярный очерк «Уплотнение нулей в биполярном пространстве».

Ага Сфер засучил плазменные рукава и, как вдохновенную песнь, исполнил эту утреннюю работу.

Машина, до отказа набитая заданиями, трудилась во всю. Над ее раскаленной поверхностью клубились пары жидкого гелия. От напряжения трескались нейронные кристаллы. Наконец, она затихла и устало прошептала:

— Сегодняшние задания были изумительны, гениальны!.. — и с умилением выдернула свой штепсель из розетки.

— Да, человек сильнее машины, — задумчиво сказал Ага Сфер, сел за стол и с наслаждением проглотил порцию лепестков золотого лотоса. Это был его завтрак.

От внутреннего удовлетворения писателю захотелось покурить. Но усилием воли и твердым взглядом он отодвинул прочь спички и папиросы. Потом по системе йогов сделал стойку на голове и приготовился к сеансу внечувственной связи с сотрудником Института апатии и телепатии, переехавшим на небольшую планету в Галактике 4217-бис.

В этот момент в лабораторию вбежал Кривоногий Кибер. Дребезжащим, заикающимся, металлическим голосом он закричал:

— Со-со-со-со-верше-но страшное преступление! Планета в о-о-о-опасности!..

Схватив фотонный пистолет и кисточку для бритья, Ага Сфер бросился к Передающему Центру радиоснабжения и телекопировання. Только что закончился прием передач с Земли. Несколько роботов, нестройно горланя «Эх, яблочко», выносили из камеры корзины с фруктами и цветами. Аромат антоновки манил на родную планету.

— Возьму в дорогу ветку сирени, — проговорил лирик, прикалывая к лямке комбинезона драгоценную символику космонавтов. Кривоногий Кибер смотрел на своего друга с умилением и любопытством.

— Что брат, Кибер? Тебе этого не понять! — воскликнул Ага Сфер, глубоко вдыхая. — Ароматище-то, ап…

Конец фразы растворился в межпланетном пространстве. Из раструба вырвался мощный поток энергии. Сгусток волн, запечатлевших в себе Ага Сфера, отразился от антенны Спу-9 и упал на Землю.

— …чхи! — закончил Ага Сфер, материализуясь.

— Будьте здоровы!.. — хором встретили прибытие земляка члены Главного Совета Планеты.

Вперед вышел председатель. Он заметно волновался.

— Итак, к делу. Из Днепро-Анатольевска похищен запас антивещества в виде Пурпурной женщины.

— Этой асимметричной, из зеркального мира, — пояснил кто-то из присутствующих.

— Подробности неуместны, — продолжил председатель. — Сейчас важно найти преступников. Эксперты сестры Фугацкие высказали гипотезу, что женщина может спонтанно аннигилироваться. Их поддерживает известный специалист по антивеществам Эф Леммов. О последствиях катастрофы страшно думать…

Все задумались. Подождав минуту, председатель закончил:

— Боюсь, как бы не пришлось эвакуировать население. Теперь вся надежда на вас. Только вы, Ага Сфер, можете расследовать преступление: ведь вы — единственный из тех, кто знает толк в детективных историях. Решение назначить вас детективом подсказали психологические машины. К сожалению, машины не смогли назвать виновных. Увы, — председатель удрученно развел руками, — преступление в нашем высокоморальном обществе противоречит всякой логике.

Мягкое лицо Ага Сфера стало жестким. Пятнадцать миллиардов нейронных клеток его мозга лихорадочно возбудились. Профиль заострился и, как дамоклов меч, олицетворял беспощадность к врагам.

— Немедленно найдите индекс и синтезируйте мне собаку-ищейку, — распорядился Ага Сфер. — Со мной отправится верный друг. Кристальной души Кибер.

Смущенный похвалой, Кривоногий Кибер засветился розовым сиянием.