Мужчины сидели, слушая музыку и выпивая. Бадди Холли пил содовую, а Джек – темное пиво. Обслуживание в номерах работало великолепно. Они говорили, время от времени Холли вставал, чтобы сменить кассету. Обсуждали Джимми Роджерса и Карла Перкинса, Хэнка Уильямса и Джерри Ли Льюиса, Элвиса Пресли и Конвэя Твитти. Джек с удивлением узнал, что у певца есть и записи современных артистов – Лайла Ловетта, Дуайта Йокама и Стива Эрла.
– Как сказала обезьяна, «не отставай от эволюции», – без обиняков сказал Холли.
Они говорили про пятидесятые, про земли байю в Луизиане и про иссушенные пустыни Западного Техаса.
– Знаешь, про Лаббок особо и сказать-то нечего, – сказал Холли. – В субботу вечером и пойти было некуда, только в «Амарильо». Я возвращался туда во время нефтяного бума, потом еще раз, когда все накрылось, и там так ничего и не изменилось по большому счету.
– Никакого тебе Дня Бадди Холли? – спросил Джек.
– Надеюсь, умру прежде, чем такое случится.
У них оказалось много общего, понял Джек. За иключением того, что в Ателье Париш никогда не будут отмечать День Джека Робишо. Даже после того, как он умрет. Покопавшись в коробке, он вынул кассету без обложки, на которой была лишь надпись «новое».
– А это что?
– А, ничего особенного, – ответил Холли. – Ничего такого, что тебе было бы интересно услышать.
Но было в его возражениях нечто странное, понял Джек. Когда Бадди Холли отправился в ванную, Джек быстро вставил кассету в магнитофон и включил. Музыка была простая, без вычурности. Никакого аккомпанемента, сведения, наложения звука. В первой песне вокал звучал задумчиво, во второй – жизнерадостно и мощно. Тексты были творением зрелого человека. И это легкое заикание, оставшееся у Бадди Холли. Джек еще никогда этих песен не слышал.
Услышал, как открывается дверь ванной. Вышел Бадди Холли.
– После того, как разбился самолет с моей семьей, а «Шрайк Мьюзик» купили всю мою музыку, люди, похоже, решили, что я просто уже никогда не буду писать музыку. И пару лет я тоже так думал.
Начала играть третья песня.
– Это все новое, – почтительно сказал Джек.
– Неужели?
Голос Бадди Холли был мягок и мощен одновременно.
– Новое, будто воскресшее.
