— Нет сердцебиения? — заканчивает он.
— Ага.
— Я не знаю.
Где-то вдалеке, двое Дарклингов продолжают петь свою прекрасную Кровную клятву и мы тихо слушаем, наслаждаясь музыкой. Это так трогательно, узнать, что они нашли свою любовь. Но затем Эш садится прямо.
— Я не могу поверить, что был настолько глупым! — говорит он.
— Что? Что ты имеешь ввиду?
— Ты когда-нибудь слышала историю Айгуса и Зантины? — говорит он.
— Нет, — отвечаю.
Эш указывает вверх на полную луну.
— По легенде Дарклингов, богиня луны Селена и бог солнца Солис влюбились друг в друга, но так как она была — ночь, а он — день, то у них не могло быть детей. И, чтобы угодить жене, Солис создал мальчика — Айгуса — из звезд. — Он указал на созвездие из шести звезд. Я взглянула, пытаясь найти это созвездие. — Селена так сильно любила Айгуса, что вырезала для своего сына второе сердце, чтобы убедиться, что он будет жить вечно.
Я улыбаюсь, хотя не уверена, что правильно поняла, где именно это созвездие находится.
— Айгус был счастлив, но по мере того, как он становился старше, ему становилось все более одиноко. Он не хотел жить вечно, если это значило одиноко блуждать в темноте, поэтому он вырвал свое второе сердце и бросил его на Землю.
Я смотрю на рот Эша пока он говорит, зачарованная плавным изгибом его губ. Сконцентрируйся, Натали!
— Когда Айгус заплакал, его слезы упали на Землю, образуя первые океаны. Он в изумление увидел, как из моря медленно вышла прекрасная женщина, с его брошенным сердцем, бьющимся у неё в груди. Он нарёк её Зантина, "моя вечная любовь". Вне себя от радости они танцевали среди звезд, и их движения создавали галактики. С этого момента, Айгус и Зантина сделали так, чтобы каждый Дарклинг рождался с двумя сердцами, и второе начинало биться каждый раз, когда они встречали свою Кровную половинку, как напоминание об их любви.
Мои глаза широко распахиваются
— Так вот почему второе сердце Дарклингов приходит в действие? Это так прекрасно. Я не имела ни малейшего представления.
Эш заключает мое лицо в ладони и проводит большим пальцем по губам.
— Есть причина, по которой я хотел, чтобы ты знала эту историю.
— Какая? — шепчу я, едва в состоянии сосредоточиться на чем-то другом, кроме его пальцев на своей коже.
— Ты — моя Кровная половинка.
Его сердцебиение пульсирует в моих венах, и я знаю, что это правда.
— Это сводит тебя с ума? — спрашивает он.
Я кусаю свою губу. Это слишком, чтобы принять. Когда я проснулась сегодня утром, я не была даже уверена, что нравлюсь Эшу и теперь он говорит мне, что мы Кровные половинки. Все происходит так быстро, что нормальная девушка уже бежала бы без оглядки, но правда в том, что я не напугана и даже удивлена. Быть с Эшем так же естественно для меня, как дышать.
Я переплетаю свои пальцы с его. Я пыталась бороться со своими чувствами с того момента, как мы встретились под мостом, но нет нужды притворятся больше. Я — его Кровная половинка. Это объясняет каким странным образом мое сердце реагирует всякий раз, когда он рядом и то, что я не могу прогнать мысли о нем из своей головы. Это облегчение во многих смыслах, узнать, что мои чувства к Эшу — большее, чем просто влечение, что это нечто прекрасное. Что нам суждено быть вместе. Но даже так, я не могу полностью избавится от вины, что меня привлек Дарклинг. Убеждение, что люди и Дарклинги не должны быть вместе укоренилось во мне за годы; это не могло измениться в одночасье. Но изменение когда-то же должно начаться. По крайней мере, так однажды сказал мне отец.
— Нет, не сводит. А тебя это беспокоит? — спрашиваю я.
Он мотает головой
— Это кажется таким...
— Естественным?
Он кивает.
— Но как это вообще возможно? Я человек, — говорю я.
— Не знаю. Может, потому что я наполовину человек, это действует по-другому на меня?
— Не думаю, что сейчас это действительно имеет значение. Я просто счастлива, что это произошло.
Он сияет.
— Клянешься?
— Клянусь, — говорю я.
— Так что же теперь с нами будет? Ничего не изменилось. Я все еще полукровка...
— А я дочь Эмиссара.
— И это незаконно, — осторожно напоминает он.
Я знаю, мы играем в опасные игры. Если нас поймают, то казнят точно так же, как Тома и Яну. Стоит ли рисковать? Эш поглаживает меня по щеке, и все мое тело покалывает, пробуждаясь, оживая.
Ответ: Да.
— Я хочу быть с тобой. Нам просто надо быть осторожными, — говорю я.
— Если кто-нибудь узнает...
— Никто не узнает. — Я поднимаю на него глаза.
Его глаза пылают черным огнем, его губы раскрываются немного по мере того, как он наклоняется ближе, его дыхание слегка холодит мою щеку. Будто я на вершине горки, готовая к спуску с нее в любую секунду, предвкушение нарастает. Почти... почти...