Они закатывают на меня свои мутные глаза, блеск там уже давно погас. У одного из Дарклингов на лице и шее странные следы от укусов, как будто на него напало животное. Рядом с ним две близняшки, девушки-Дарклинги, обе с потрясающими белыми волосами и блестящими оранжевыми глазами. Дарклинги Нордин. Из их лопаток торчат шишковатые отростки, где раньше были крылья. Они все пьют кровь из женщины тридцати лет, её тощее тело разрушено Дурманом. Её глаза закрыты, она лежит с блаженным видом. Желудок начинает усиленно работать, пока в мозгу всплывает воспоминание о мальчике, которым мы пировали в жилище Сигура. Вероятно, его здесь подобрали.
Мистер Табс перешагивает через растянувшихся на полу людей и проходит в свой офис в задней части комнаты. Сама комната состоит из старого стола, покрытого документами, календаря с обнаженными девицами, грязного холодильника и нескольких маленьких телевизионных экранов, показывающих записи камер видеонаблюдения в притоне Одурманенных. Рядом с ними расположена книжная полка, заполненная дисками с нацарапанными на них датами. Я предполагаю, что это записи с камер видеонаблюдения.
Он замечает, что я смотрю на них.
— Это для страховки. Ты докладываешь обо мне властям, я предъявляю доказательства того, что ты тоже тут был, и мы вместе садимся за решетку.
Запутанно, но все же имеет смысл. Он открывает отвратительный грязный холодильник в конце комнаты, достает оттуда два флакончика с Золотым Дурманом с зелеными крышечками, прям как тот, что был у Линуса, и вручает их Натали.
— Слушай, это важно, — обращается мистер Табс к Натали — Берешь только каплю, поняла? Не больше. Этот намного сильнее обычного Дурмана. Некоторые детишки, они не слушают, и... — он пренебрежительно взмахивает рукой. — Это только их вина.
Мои клыки снова пульсируют. Он должен был предупредить Линуса с Крисом. Так что там с этим Золотым Дурманом? Он хорош только в маленьких дозах, но возьмешь немножко больше, и он тебя убьет? Это слишком рискованная игра, чтобы играть в нее. Как узнать, сколько это, слишком много?
Она делает вид, что хочет проверить яд, прежде, чем передать пузырек мне. Мои ноздри обдало огнем. С этим Дурманом все в порядке, из чего бы его ни смешивали.
— Вы знаете, что это за золотистая фигня? — спрашивает Натали у мистера Табса. Хитроумный план. — Я слышала, что это самый лучший Дурман, который дарит самые лучшие ощущения, но после него нет никаких головных болей.
Мистер Табс улыбается своей желтозубой улыбкой:
— Все дело в секретном ингредиенте.
— Вы уверены, что не можете сказать мне, что это за ингредиент? Я имею в виду, если это небезопасно... — говорит она.
Мистер Табс хватает Золотой Дурман.
— Не нравится — иди в другое место.
— Нет, нет! — Натали берет Золотой Дурман и хватает меня за руку. — Идем.
Мы выходим из его офиса и возвращаемся в основное помещение притона.
— Извини, я облажалась, — говорит Натали.
— У нас есть наркотик. По крайней мере, это начало, — отвечаю я.
— Эш? — раздается знакомый голос из мрака.
Девушка выходит из тени на красный свет, её темно-синие волосы спускаются ей до талии. Эвангелина. Что-то шевельнулось во мне при виде её, и я быстро прячу свои чувства поглубже. В руках у Эвангелины несколько пакетиков с кровью. Предвещающий бурю взгляд появляется на её лице, когда они видит Натали.
— Что ты здесь делаешь? — спрашиваю я.
— Достаю кровь для Сигура. Он не ест это дерьмо, Синт-1. А ты что тут делаешь?
Я показываю ей флакончики с Дурманом, и она насмешливо на меня смотрит.
— Давай поговорим снаружи, — предлагаю я.
Начался легкий снег, превращая некогда черное небо в дымчато-серое. Мы нырнули вниз в переулок рядом с ломбардом.
Натали протягивает руку Эвангелине.
— Привет, я — Натали.
Эвангелина не жмет ей руку в ответ. В её тяжелом взгляде — холод.
— Я знаю, кто ты такая. Ты — дочь Эмиссара, — отвечает Эвангелина. — Чего я действительно не понимаю, так это почему ты здесь вместе с Эшем.
— Это та девушка, о которой я говорил тебе прошлой ночью, — говорю я — Натали — моя Кровная половинка.
— Нет! — Эвангелина смотрит на Натали с негодованием. — Это не может быть она.
— Почему не я? — дерзко говорит Натали.
Эвангелина рычит и демонстрирует свои клыки.
— Эй, потише тут! — вмешиваюсь я, оказываясь между ними. — Спрячь клыки.
Эвангелина отходит назад, её дыхание становится неровным.
— Я знаю, что это неожиданно, но я надеюсь, ты порадуешься за меня, — говорю я Эвангелине — Я счастлив.
Эвангелина знает, что такое жить без сердцебиения. Она должна понимать, что значит для меня то, что я нашел Натали.
— Мои поздравления, — бормочет она.
Я вкратце объясняю Натали как я познакомился с Эвангелиной, что её немного успокоило.
Эвангелина указывает на флакончики с Дурманом в моей руке.
— Почему вы покупаете Дурман у мистера Табса?
Я рассказываю ей о том, что случилось с Линусом и Крисом.
— Почему они умерли от этого? Ведь другие принимали Золотой Дурман и выживали, — говорит Эвангелина.
