Кажется, не было во всей исследованной части Вселенной более загадочной планеты, чем Ренэ.
Открыли ее еще в пору первых межзвездных полетов, тогда же была сфотографирована значительная часть ее поверхности.
На снимках был виден мрачный, безжизненный мир: бескрайние каменистые плато, пустыни, выжженные жаркими лучами, нагромождения скал, каньоны и ущелья, отверстия пещер, языки застывшей лавы…
Снимки, сделанные затем с более близкого расстояния, не добавили к уже известному ничего нового: почти вся поверхность планеты оказалась покрытой овальными плоскими камнями различной величины.
Откуда на Ренэ столько овальных камней? Поначалу решили, что это остатки метеоритных дождей. Однако от этой версии пришлось отказаться: атмосфера планеты была настолько плотной, что даже очень крупные метеориты вряд ли могли достичь ее поверхности.
Вероятно, все дело было в песчаных бурях. Они разрушают горные породы, поднимают и переносят на большие расстояния обломки, рассеивают их по пустыням. Они же, эти бури, шлифуют камни, придают им с течением времени овальную форму.
Итак, все объяснилось, и планета Ренэ при первом отдаленном знакомстве ничем не поразила воображение ученых Земли. До поры до времени земляне, расширяя познания о космосе, обходили ее стороной.
Прошло несколько десятилетий.
Постепенно из мира, затерянного где-то на околицах изученного космоса, планета Ренэ превращалась едва ли не в основной узел пересечения звездных трасс.
Было решено создать в ее окрестностях промежуточную станцию для ремонта, снабжения и координации полетов звездолетов. Материалы для строительства станции выгоднее всего было, конечно, изыскать на самой планете.
На каменистое плато опустился первый автоматический геологоразведчик. Посадка прошла благополучно. Телекамеры работали нормально. Видимость и связь были отличными. Вездеход медленно катил по плато, а люди за пультом управления в Космическом Центре уже готовились дать автомату команду на остановку и взятие проб грунта, как вдруг пропали и изображение, и связь. Тщетно инженеры дежурили несколько недель у пульта, связь так и не возобновилась.
Снова и снова ученые прокручивали последнюю запись телесигналов автоматического вездехода. Она была на редкость монотонной. Практически ровное плато. Неширокие трещины, пологие канавки. На горизонте зубчатая стена причудливых скал. Вокруг все те же плоские овальные камни. И мгновенное прекращение сигналов.
Ни малейшего намека на опасность.
Быть может, внезапно налетела песчаная буря?
Но для посадки специально выбрали каменистое плато, окруженное горными грядами.
Может быть, планета способна экранировать радиоволны? Искажать их направление?
Но почему тогда вначале связь все-таки существовала?
Оказывается, малоинтересная, бесперспективная планета скрывает какую-то тайну. К Ренэ ушел еще один автомат-разведчик и еще один результат был тот же. И тогда к Ренэ отправилась экспедиция во главе с капитаном Старком.
«Фотон» опустился на то же каменистое плато, что и первые автоматы. Здесь космонавтов ожидала неожиданность: шины, пластмассовые детали, два-три изолятора — вот все, что осталось от вездеходов. И никаких следов, способных объяснить происшедшее. Густой красноватый воздух, безмятежные скалы, пещеры в них…
Первым делом Старк обратил внимание на пещеры. Если плато отлично просматривается на много километров вперед, то пещеры могут что-то скрывать. Экипаж начал готовиться к исследованию ближайшей пещеры.
«Фотон», находившийся на Ренэ, поддерживал связь с Землей, и в Космическом Центре были убеждены, что дела у Старка идут хорошо.
Но в тот момент, когда все внимание космонавтов было приковано к пещере, которой почти достиг вездеход, изображение на экране пропало. Взволнованный Старк сообщил, что пропала и связь с вездеходом. Правда, в бинокль командир «Фотона» хорошо видел вездеход. Тот остановился у самой пещеры. До нее было километра два напрямую через плато. Вездеход был как будто в полной целости и сохранности, но почему он остановился, Старк понять не мог.
И тут же с еще большей тревогой в голосе Старк передал, что со стороны дальнего участка плато к «Фотону» с громадной скоростью движется песчаная туча.
Почти тут же пропала телесвязь и с «Фотоном».
А через секунду Старк прокричал в эфир:
— Ни в коем случае не совершайте больше посадок на Ренэ, не изучив…
«Изучив» — было его последним словом.
«Фотон», так же как и автоматические станции, умолк навсегда.
Теперь каждому было совершенно ясно, что разгадать тайну планеты сможет только хорошо подготовленная экспедиция. И как нельзя кстати оказалось то, что в это время на стапелях Титанограда — индустриального центра Марса — заканчивался монтаж звездолета «Алмаз».
«Фотон» исчез в конце февраля, «Алмаз» должны были испытывать в начале марта.
В общем-то «Алмаз» готовился для другой звездной экспедиции, но ввиду чрезвычайных обстоятельств Космический Центр решил использовать его для разведки планеты Ренэ.
