Библиотекарь и его ученик остановились во дворце, неподалеку от знаменитого столпа, установленного Константином. Там в течение нескольких дней Флодоар сам занимался распределением книг, своих рукописей и всяких принадлежностей. Большую часть он оставил, как и предложил в Труа Хьюг де Шампань, стремясь поскорее прибыть в Иерусалим. Анкс поняла, что ее учитель оставил в повозках лишь необходимое для выполнения миссии своих учителей в Святой земле, а именно: сто восемь недавно переведенных с арабского рукописей; три рукописи халдейских заклинаний в бронзовом сундуке, завернутые в шестьдесят шесть слоев льна; астрономические приборы и полностью разобранный подъемный механизм с клубками канатов, весивших более сорока пудов. Анкс увидела, что иллюстрирование книги и четыре рукописи Джинна тоже отправились с освободившимся от части груза караваном.
Флодоар нервничал, опасаясь забыть какую-нибудь очень важную вещь. Он также боялся, что охраны, которой были доверены тысячи, его книг, будет недостаточно. Он попытался заставить капитана Тюдебода остаться охранять его библиотеку, но тот запротестовал.
Анкс дожидалась учителя во дворце. По распоряжению Флодоара она изучала исторические описания еврейского Соломона и Соломона — Сулеймана — арабского. Несколько раз ее прерывал Эрих, бывший старший писарь Флодоара, место которого занимала теперь она. Он ревновал ее к учителю, считая именно этого «мальчишку» причиной своей отставки. Анкс пришлось терпеть каверзные вопросы, но она сумела сдержаться и не выдать себя. В ожидании своего учителя она размышляла над тем, что путешествие близится к концу, и возможно, проявив еще немного терпения, она поймет, наконец, чего от нее добивается Флодоар, и сможет связать воедино свои открытия и то, что пытался донести до нее учитель…
Флрдоар прекрасно знал внутреннее устройство дворца, который принадлежал графу Хьюго, тот купил его по возвращении из Крестового похода. Библиотекарь уже шесть раз побывал здесь, подготавливая все необходимое для паломничества. Накануне отбытия, когда все уже было готово и он мог, наконец, вздохнуть спокойно, он повел Анкс в подземелье, вход в которое был скрыт в зале, где были выставлены бюста, и находился за массивным бюстом Пифагора из оникса.
— Есть одно место, которое я хотел бы тебе показать, — сказал Флодоар девочке.
Спустившись в подземелье, они пошли вдоль закрытых залов с запертыми двойными дверьми, укрепленными железом. При свете факела они проникли в большую пустую комнату со стенами, до самого потолка украшенными фресками. Анкс рассмотрела изображенное на картинах. На них в аллегорической форме были Представлены науки, искусства, религии, времена года, а еще стихии, разные виды животных и многое другое.
— Похоже, рисунки расположены в какой-то последовательности, — сказала она своему учителю.
— Вглядись в одного из персонажей, в любого.
Он указал ей на человека, которого не сразу можно было заметить на изображении аллегории Физики.
— Если ты хорошо присмотришься, — стал пояснять Флодоар, — то увидишь, что этот физик смотрит направо, за границу картины. А если ты повернешься и проследишь за его взглядом, то увидишь, что Он смотрит в направлении аллегории Математики.
Он подошел к этой картине, испещренной уравнениями, и продолжил:
— Вот один из главных персонажей смотрит в сторону аллегории Логики — в углу, слева от тебя.
Анкс обернулась и, глядя на кусок стены, освещенный факелом Флодоара, узнала аллегорию Логики — юную девушку с печальным взглядом, сидевшую у ног Аристотеля.
— Присмотревшись, ты поймешь, что взгляды всех персонажей, изображенных на этих картинах, как бы образуют единый взгляд; он блуждает по комнате, как зеркало, отражающее свое собственное изображение. Если ты проследишь за одним из них, то уловишь и остальные. История, музыка, медицина, правосудие, все науки, созданные человеческим разумом, связаны в непрерывную цепь.
Анкс обнаружила, что, кроме положения тел персонажей и их взглядов, были также изображены символы и созданы оптические эффекты, позволяющие заметить более тонкие аллюзии, указывающие на связь между ними.
— Границы человеческого восприятия, мысли, созидания, догадки, — все это отображено в этой комнате. Мысль человека, дитя мое, — все это!
Анкс обернулась.
— Должно быть, потребовалось много лет, чтобы свести воедино столько знаний! — воскликнула она.
— И эта работа непрерывно продолжается. С каждым новым открытием художник добавляет сюда деталь или действующее лицо.
— Это захватывающе! — воскликнула Анкс.
Она переходила от одной картины к другой.
— Мне жизни не хватит, чтоб изучить все эти науки!
— Ты не кажешься очень счастливой, — заметил Флодоар.
Он внимательно посмотрел на нее.
— Ты, должно быть, разочарована.
Она горячо возразила:
— Разочарована? Разочарована именно тогда, когда наконец могу осознать, что мне следует
Флодоар пожал плечами.
