– Юстиниан? – Зоя перекатывала это имя на языке. – Иногда он заставлял меня смеяться. Он мог быть резким и упрямым, но слабым не был. – Ее широкий рот напрягся. – Ненавижу слабость! Никогда не доверяй слабым людям, Анастасий, будь то мужчина или женщина – или даже евнух. Никогда не доверяй тому, кому требуется чужое одобрение. В трудную минуту он переметнется на сторону победителя. И еще не доверяй тем, кто нуждается в похвале. Они готовы купить ее любой ценой. – Она подняла длинный тонкий палец. – И прежде всего не доверяй тем, чья вера зиждется на страхе одиночества. Такой продаст свою душу ради имитации любви, чем бы она ни была на самом деле. – В свете факелов лицо старухи исказило страдание, словно она вспоминала свое первое разочарование.
– Так кому же мне доверять? – спросила Анна, стараясь говорить с таким же сарказмом.
Зоя посмотрела на нее, вглядываясь в черты ее лица, в глаза, рот, щеки и мягкую гладкую шею.
– Доверяй своим врагам, если знаешь, кто они. По крайней мере, они предсказуемы. И не смотри на меня так! Я тебе не враг – но и не друг. Ты никогда не сможешь предугадать мои действия, потому что я буду поступать, как мне нужно, праведно это или грешно, чтобы получить то, чего хочу.
Анна поверила ей, но ничего не сказала.
Зоя догадалась об этом по ее лицу и рассмеялась.
Анна сложила травы в сумку, дала последние рекомендации и откланялась.
– Спасибо, – искренне поблагодарил ее Никифорас, когда она вышла в коридор. Очевидно, он поджидал ее. – Мелетий выздоровеет? – В чуть напряженном голосе чувствовалась озабоченность.
В последнее время Никифорас все чаще и чаще посылал за Анной.
– О да, – уверила она евнуха, молясь о том, чтобы ее слова оказались правдой. – Лихорадка начала спадать. Главное, чтобы он пил как можно больше воды и в скором времени – может быть, уже с завтрашнего дня – начал есть.
Никифорас явно почувствовал облегчение. Это был очень чуткий и умный человек.
Анна все больше понимала, как он одинок: ему не с кем было поделиться своими знаниями. Никифорас не только собирал произведения искусства и раритеты, но и ценил сокровища мысли и жаждал ими поделиться.
Они направлялись к одной из галерей. Никифорас повел Анну влево.
– Ты знаком с Иоанном Векком, новым патриархом?
– Нет.
Анна была заинтригована и знала, что об этом можно догадаться по ее голосу. Этот пост очень хотел заполучить Константин, хоть и старался это скрыть.
– Он сейчас с императором. Если подождешь немного, я могу вас познакомить, – предложил Никифорас.
– Спасибо, буду рад, – тотчас ответила Анна.
Ожидая, они поговорили об искусстве, потом – об истории и событиях, послуживших основой для возникновения разных стилей. После перешли к философии и религии. Анна нашла взгляды евнуха более либеральными, чем можно было ожидать. Он раздразнил ее воображение новыми, необычными идеями.
– Недавно я прочитал несколько произведений англичанина по имени Роджер Бэкон, – сказал Никифорос с большим воодушевлением. – Никогда еще не сталкивался со столь выдающимся умом! Он пишет о математике, об оптике, алхимии и о производстве мелкого черного порошка, который может взрываться, – евнух взмахнул руками, – с огромной силой, если его поджечь. Это такая волнующая, пугающая идея! Его можно использовать как на добро, так и на зло. – Он пытливо вглядывался в лицо Анны, чтобы проверить, какое впечатление произвели на нее его слова.
– Автор этих книг англичанин? – повторила Анна. – Он позаимствовал этот порошок или изобрел его?
– Не знаю. А что? – спросил Никифорос, но тут же понял, что она имела в виду. – Он францисканец, а не крестоносец, – быстро произнес евнух. – У него есть множество практических идей, таких, например, как идея шлифовать линзы, а потом собирать их в единый прибор, который сможет увеличивать крошечные предметы до огромных размеров, и тогда их можно будет подробно рассмотреть. – Его голос снова зазвучал громче, в нем слышался восторг. – А есть линзы, благодаря которым предметы, находящиеся за много миль от тебя, можно рассмотреть так, словно они всего в нескольких ярдах. Представляешь, как это поможет путешественникам, особенно в море? Фрэнсис Бэкон либо один из величайших мировых гениев, либо живет в экстазе безумия.
Анна опустила взгляд.
– Возможно, он гений и способен представить себе все это. Но мудр ли он? Это ведь не одно и то же.
– Понятия не имею, – мягко ответил Никифорас. – Чего ты боишься? Неужели так плохо увидеть то, что расположено вдали? Бэкон предлагает соединить линзы в хитрое приспособление, которое можно носить на носу. Благодаря ему те, кто плохо видит, смогут читать. – Голос евнуха становился все громче и взволнованнее. – А еще Бэкон изучает размеры, положение и путь небесных тел. Он уже разработал величайшие теории о движении воды и описал, как ее можно использовать в механизмах, чтобы поднимать и перемещать предметы. И знает, как создать двигатель, который преобразует пар в силу, которая заставляет двигаться корабль по морю, независимо от того, дует ли ветер и работают ли веслами гребцы! Только представь себе!
