Я сидела и, грея руки о горячую кружку с чаем, ломала голову по поводу второго — неизвестного мне — вопроса, обещанного детективом. Выпив залпом, одну за другой, три чашечки кофе и промокнув губы салфеткой, следователь заговорил: «Чтобы не оставаться перед тобой в долгу, я тоже тебе расскажу одну маленькую историю. Она случилась недавно, не далее как на прошлой неделе. Двое русских заказали грузовое такси и назвали адрес в Surrey. Они перевозили старинные напольные часы. И все было бы хорошо, но водителя смутил запах. Высадив русских, которые потащили в гараж свою ношу, он позвонил в полицию…» У меня возникло довольно неприятное ощущение дежа вю — об этих часах, называемых на острове «grandfather’s clock», я помнила из какой-то другой жизни. Меня захлестнула волна жара, я скинула с плеч пиджак, отбросив его на соседний стул, и, перегнувшись через столик, прошептала детективу на ухо: «… а я все знаю… вместо механизма полисмены обнаружили в часах неизвестный труп… А потом и русские были найдены мертвыми…» Следователь пронзил меня взглядом и, отчеканивая каждое слово, произнес: «Отчего же неизвестный? По полученным нами сведениям…». И тут — я прозрела. «Боже! — закричала я, схватившись за голову. — Как же я раньше не догадалась? Теперь ясно — ведь вы принесли показать мне ее снимок! Это — миссис Хамильтон!!!» — «Отнюдь, — спокойно сказал следователь, — это — один человек, упомянутый твоей книге, о котором я и намерен с тобой поговорить…» — «Где же тогда миссис Хамильтон?» — воскликнула я в полной растерянности. «Местонахождение покойной старушки — теперь дело десятое. Важно довыяснить основное… Let’s get the ball rolling…» Он сощурил глаза и нехорошо улыбнулся.
А подброшенный пистолет все-таки выстрелил. Пуля вошла в колено моего мужа, но он ничего не почувствовал и нажал на курок еще раз, держа сигарету наготове. Вторая пуля прошила белку, сидевшую на подоконнике, и вылетела в открытое окно. Меня там не было, так как я была арестована и проходила подозреваемой по делу о «grandfather's clock» и трех трупах, но говорят, что товарки устроили белке пышные похороны с пивом и сухарями.
