— Будет четвертый труп, — консультант сделал вывод, о котором его не просили. Лина полоснула его взглядом, вскрыла нежно-ранимую суть: умный, интеллигентный, так непохожий на суровых сослуживцев. Неженатый, судя по призывно-поедающему выражению глаз. Ее ровесник.
— С юбилеем, Фомич! — подвыпившие гости отца устали говорить тосты. Мать с отстраненным выражением нанятой прислуги меняет тарелки, приносит новые блюда.
— Отец! Тебе. — Протягиваю конверт, который изрыгнул почтовый ящик.
— Наверное, поздравление? — любопытные друзья собираются за спиной отца.
— Любовное письмо? Сознавайся, старый шалун!
На стол вываливаются фотографии, их мигом расхватывают. Я тоже беру одну: на фоне пейзажа сидит женщина с закрытыми глазами, с трупным окоченением жевательных мышц.
— Красивая работа! — коллеги отца причмокивают, передают снимки из рук в руки. — Кто ж тебе сделал такой подарок, Фомич?
— Ничего красивого! Ничего! Глаза закрыты — красоты нет!
Какой там счет?
— На нижнем слое — эскиз женского образа, по носу и рукам заметно, что крупнее, чем у Джоконды. И первый труп тоже отличается размером от остальных, — плавная речь консультанта обволакивала Лину. — Второй слой показал незаконченный набросок: женщина, похожая на Мону Лизу. Кстати, Леонардо планировал изобразить двенадцать заколок, цветы в волосах, но потом соскреб их. Я не вижу среди вещдоков — заколки.
Лина досадливо поморщилась: найденную заколку в виде магнолии не отработали, на стенде снимка нет.
— Третье изображение — завершенный портрет знатной флорентийки. И у третьего трупа на прическе сеточка, удерживающая волосы, прозрачная вуаль, переходящая в головной убор. Плечевая косынка. А на итоговом портрете — накидка, прикрывающая правое плечо.
Голову сжало обручем информации, мозг требовал отдыха.
— Обратите внимание на одежду жертв: платья имитируют дезабилье, обычные домашние платья с неглубоким декольте, прикрывающим основание груди… Цветовая гамма подбирается тщательно: на первом трупе тона более яркие, потом расцветка приобретает более благородные тона, приближаясь к тому, что мы видим на репродукциях картины… Проработка фона от примитивных фотообоев с вульгарной яркостью до создания эффекта туманного пейзажа, залитого золотистым светом, — с третьего места преступления.
— Достаточно! — Лина перекрыла беспрерывный словесный поток консультанта. Он по-детски посмотрел на нее чистыми глазами, в которых мелькнула обида.
— Встретимся завтра, — то ли приказала, то ли попросила она. — Мне нужно подумать.
Ее раздражал сладковатый запах его парфюма.
Я прячусь за раскидистым фикусом. Кадка скрывает меня полностью, а при желании могу и залезть в нее. Лиза как-то не смогла меня найти, проиграла спор. Мгновенно выступают слезы — сестра не отпускает меня, а я не могу проститься с ней навсегда. Она везде. В снах. В своей комнате. В моей. Но разговаривает только в мастерской. Мертвая среди мертвых.
Лина стояла возле окна. Вода Мойки двигала мысль.
— Вещдоки увели следствие в сторону: отпечатки пальцев на флаконе и пузырьке — барбера из соседней парикмахерской возле торгового центра «Да Винчи», у него алиби. Оттуда же кучка волос. Обрезки ногтей принадлежат жертвам. Стоп! А названия других магазинов? «Мона Лиза», «Джоконда». Многовато Леонардо для одного города. Где будет четвертое преступление? Волос — из парика блондинки… Фанатка? Некросадистка?
Кобра сделала стойку.
— Срочно! По всем каналам СМИ, во все соцсети: объявить конкурс двойников Моны Лизы. Повтор информации 24 часа в сутки. Сбор завтра в 10 часов, место выбираешь сам. — Лина диктует помощнику задания. — После кастинга всех отвезти в санаторий, охранять. Конкурс провести. Скорректировать задание группам: установить истинных собственников торговых центров, где произошли убийства. Предположить место четвертой инсталляции — это что-то, связанное с Леонардо. Предоставить фото всех блондинок, приходивших к управляющим центров по аренде. Найти места покупки фотообоев. Сегодня к 17:00.
Волосы Арсения пахли сладковато с примесью ванильных и лимонных оттенков. Лина поморщилась.
Откинула одеяло, подошла к окну. Невский проспект не спал. Дождь не мешал ему жить полноценно: петь, танцевать, пить. Транспорта меньше, чем днем. Зато гонщиков добавилось.
На середину дороги вышел парень. Сел на разделительную полосу.
Явно блогер. Позирует. Слабоумие и отвага. Как у некросадиста. Ему нельзя проиграть.
Арсений наблюдал за ней. Она не стеснялась наготы, повернулась:
— А ты знаешь, что меня называют Коброй?
У него большой улыбчивый рот. Засмеялся. Откинул одеяло.
Лина прикусила нижнюю губу — выступила кровь: после кастинга скандальный блогер выложил фотографии инсталляций. В СМИ вышла статья «Месть любовника Моны Лизы».
Есть плюс: изолировали 13 женщин, похожих на Джоконду. Мужчин-двойников и беременную отправили домой.
— Блогеру снимки подкинули. Отпечатков нет. — Помощник положил документы на стол. — Указания будут?
— По владельцам?
— Собственник один, центры оформлены на родственников.
— Кто покупал обои?