Арчи проснулся от того, что явно услышал шаги наверху. Вскочил и снова упал на диван. Голова шла кругом, в горле песок, во рту горечь изжоги.
Из окна сочился слабый хмурый свет. Что это — вечер? Утро следующего дня? Сколько он спал? Сутки? Несколько часов?
Он постарался плавно встать и, опираясь на спинку дивана, прошел на кухню. Пил жадно, прямо из-под крана. Напившись, огляделся. Ни тарелки с приборами на столе, ни записки, ни кастрюли на плите. В холодильнике все там же стоит начатая бутылка водки. «Хоть что-то еще на месте», — промелькнула мысль. Он одним махом влил в себя половину того, что оставалось.
Затем он снова заглянул в гараж, словно надеялся, что пока он спал, там что-то могло измениться. Нет. Пустой Audi молча стоял на месте.
Вдруг такой знакомый и совершенно неожиданный звук прорезал тишину дома. Кто-то наверху слил воду в туалете.
Арчи буквально пролетел коридор, взбежал по лестнице в спальню и в ужасе остановился, облокотившись о косяк двери. Там все было перевернуто вверх дном: шкафы раскрыты, вещи разбросаны по полу. Так все-таки это была Хелен? Она сбежала или прячется где-то в доме?
— Мистер Грин, вы обвиняетесь в покушении на убийство вашей жены. Вытяните руки перед собой, — голос копа был суров. Арчи показалось, он услышал позвякивание наручников.
— Твою ж мать! Так и в дурку не долго угодить! — сказал он вслух и несколько раз помотал головой, стряхивая наваждение.
Он вернулся в гостиную. Там почему-то работал телевизор. На экране плыли заключительные титры очередного эпизода из сериала «Она написала убийство». Когда же он успел его включить? Или это сделал кто-то другой?
— Эй, есть тут кто?
Стукнула входная дверь. Он ринулся вниз. В прихожей никого. Выглянул на улицу. Все вокруг заволокло туманом. Злой осенний ветер стучал длинной веткой клена в окно спальни. Методичное тук-тук-тук-тук, совсем как каблучки Хелен, когда она спускалась по лестнице.
Он долго искал телефон, потерявшийся в подушках дивана. Набрал номер Рут.
«Телефон абонента выключен или находится вне зоны действия сети».
— Что б тебя! — В сердцах он бросил телефон в другой конец комнаты. — Кошка драная! Все бабы такие! Заварила кашу — и в кусты.
Ярость застилала разум, но в голове звучала одна мысль. Хелен. Он должен найти ее. Живой или мертвой. Без нее он никто. Не муж, не вдовец. Ни-что-же-ство — как она иногда называла его в минуты семейных перепалок.
Что, если она все-таки выбралась и из машины, и из гаража? Тогда, одурманенная снотворным и угоревшая, она не смогла бы сориентироваться в ночи. Что, если она пошла в сторону морского обрыва и упала с него? Что, если ее тело все еще лежит там, на берегу?
Он бежал к морю, спотыкался, падал. Вставал. Подбежав к самому краю обрыва, увидел узкую полоску пляжа. Вода отошла. Что-то длинное и округлое лежало у самой ее кромки.
— Хелен! — Вместо крика сдавленный шепот.
Тропинка к морю была сырой и осклизлой. Арчи, пытаясь удержать равновесие и балансируя, как канатоходец, спускался вниз. Где-то на полпути он понял, что напрасно тратит время и силы — у подножья обрыва валялось не тело его жены, а ствол дерева, принесенный к берегу приливом. Он рывком повернул назад. В этот момент нога заскользила на мокром камне, поехала куда-то в сторону, лишая его равновесия. Жгучая боль в сломанном бедре ослепила. Руки еще пытались ухватиться за жесткие полоски прибрежной осоки, но те только резали ладони и с корнем вырывались из песка.
Арчи упал с высоты пяти метров. Он ударился затылком о ствол того самого дерева-плавника. Шейные позвонки хрустнули. Он не успел испытать ни боли, ни страха.
3
— Открой рот. Скажи: «А-а-а», — Рут повернула голову подруги так, чтобы свет из окна падал на лицо больной. — Уже лучше. Еще денек интенсивных полосканий, и все пройдет. И вообще, некогда долго разлеживаться, у нас билеты на Бали.
— Ага, «долго разлеживаться», — Хелен передразнила ее. — Я пока там, в гараже, на холодном полу, лежала и через трубочку из-под двери дышала, думала, что никогда уже не встану. Какого черта, ты так долго не возвращалась?
— Я же тебе все объяснила. Сначала в доме прибирались. Потом твой придурок свой любимый бургер с беконом уплетал. Не хотела рисковать. Вдруг бы он мою машину увидел? Я же должна была назад в Плимут на поезде уехать.
— Хм. Да. Надо будет потом, когда все утрясется, премию дать нашему разработчику программы «умный дом». Как замечательно все получилось и с телевизором, и со сливом воды в туалете! Прямо отсюда, из постели, и по телефону. Прогресс на службе человечества!
— Ага, — согласилась Рут, — жаль, что в рекламе твой пример нельзя приводить.
— Нет, ты все-таки — молодец! Как ты так точно рассчитала все его действия?
— Я же тебе говорила, что по первому образованию я психиатр. Оттого и пошла в патологическую анатомию. В морге как-то спокойнее.
— Слушай, — Хелен приподнялась на локте, — а наличие алкоголя в крови не повлияет на решение по выплате страховки?
— Обижаешь, подруга. Кто у нас экспертизу проводит и заключение пишет?
— Старший эксперт Рут Макгрой.