— Значит мы должны привязать к себе их обоих! — решил Тиндарей. — Благо у меня две дочери! Если Атриды станут нашими зятьями, мы можем больше никого не бояться!
На том и порешили. Царь позвал Елену с Клитемнестрой.
— Доченьки, — сказал он, — приготовьтесь к тому, что сегодня решиться ваша судьба: я выдаю вас замуж!
Царевны отвечали, что будут во всем послушны его воле.
— Что ты думаешь о Менелае? — спросил Тиндарей у Елены.
— Мне, кажется, он меня любит! — отвечала она, потупив глаза.
— Тогда иди в зал и увенчай его венком! — велел царь.
— А ты, — обратился он к Клитемнестре, — готовься стать женой Агамемнона!
Елена послушно спустилась к пирующим, подошла к Менелаю и одела ему на голову венок.
— Вот он мой избранник! — громко провозгласила она. — Пусть люди признают, а боги осветят мой выбор!
Женихи нимало дивились ее словам, да и сам Атрид не мог поверить своему счастью.
— Воистину! — воскликнул он. — Боги услышали мои мольбы!
Он поцеловал у Елены руку, и она поспешно вернулась к себе. На этом затянувшийся пир завершился. Гости разошлись. Поначалу никто не мог понять, какую цель мог преследовать Тиндарей, выдавая дочь за безземельного царевича. Только утром, когда распространилась весть о смерти Фиеста, все прояснилось.
— Я же говорил, — сказал Аякс Теламонид своему тезке, — старик метит очень высоко!
— Погоди! — с досадой отвечал ему сын Оилея. — Атриды пока еще не в Микенах!
— За этим дело не станет! — уверенно предрек царь Саламина.
И действительно, Агамемнон обручился с Клитемнестрой, а потом было объявлено, о намерении спартанского царя вернуть будущему зятю его наследственные владения. Спартанское войско выступило в поход, однако до войны дело так и не дошло. Жители Микен никогда не жаловали сурового Эгисфа. Сын Фиеста решил не испытывать судьбу. Ночью он бежал из города. Агамемнон торжественно вступил в Микены и был тотчас провозглашен царем. После этого в Спарте сыграли сразу три свадьбы: сыновья Атрея женились на дочерях Тиндарея, а его племянница Пенелопа стала женой Одиссея. У Агамемнона и Клитемнестры вскоре родилась дочь Ифигения. Позже появились на свет Электра и сын Орест. У Менелая и Елены была только одна дочь — Гермиона. Что касается Пенелопы, то она родила Одиссею сына Телемаха.
В то время когда Лаконикой правил Тиндарей, царями соседней Мессении были Афарей и его брат Левкипп. Афарей имел двух сыновей-близнецов: Идаса и Линкея, а Левкипп — двух дочерей-близняшек: Фебу и Гилаиру. Царевичи и царевны с детства воспитывались вместе, и отцы в конце концов решили их поженить. «Мы уже старики, — говорили они, — скоро удалимся на покой. Пусть дети займут наше место, а мы станем нянчится с внуками!» Славные это были мечты, да жаль не суждено им было осуществиться!
Братья-Афареиды дружили со спартанскими Диоскурами. Царевичи частенько бывали в гостях друг у друга: то в Спарте, то в главном городе Афарея Арене. Нередко они все вместе наведывались в столицу Левкиппа Левктры и весело проводили время в обществе его дочерей. Феба и Гилаира были девушки живые, красивые и задорные. Они любили своих женихов, но не прочь были пококетничать с сыновьями Леды. Им очень льстило, что четверо замечательных молодых людей оспаривают друг у друга их внимание. Ну как здесь было не родиться соперничеству?
Раз Идас и Полидевк затеяли кулачный бой, а судьей в нем избрали Фебу. Силы у бойцов были равные, но Феба присудила победу Полидевку. Конечно, это был всего лишь девичий каприз, однако сын Афарея почувствовал себя задетым. «Кузины слишком много внимания уделяют этим спартанцам! — сказал он брату. — Им следует почаще вспоминать, что они наши невесты!» Линкей посоветовал Идасу оставить вздорные мысли, однако на другой день сам признал основательность его слов. И было с чего! Гилаира совершенно не заметила, как ловко он управлял колесницей, но зато дважды похвалила Кастора! Теперь уже оба Афареида таили в сердце досаду на Диоскуров, и это не сулило их дружбе ничего хорошего. Увы, но именно так, из-за маленьких пустяков, сплошь и рядом начинаются большие ссоры.
Вечером Идас объявил девушкам:
— Нам надоели ребячьи забавы! Мы с братом отправляемся в набег на тегейцев! Проучим их, чтоб впредь не мешкали с уплатой дани!
Царевны посмотрели на Афареидов с восхищением. Еще бы! Ведь они направлялись в настоящий поход!
— Мы тоже пойдем с вами! — решили Диоскуры.
Идас и Линкей не возражали. Набрав отряд молодежи, они вторглись в Аркадию. Поначалу все шло как нельзя лучше. Несколько раз тегейцы пытались защищаться, но где им было бороться против четырех могучих героев! Диоскуры и Афареиды легко брали вверх во всех схватках и захватили множество скота. Наконец, отягченные добычей, они повернули назад.
— Давайте поделим скот и разойдемся! — предложил Кастор.
— А как мы будем его делить? — спросил Идас.
— Ты наш предводитель, ты и решай! — сказал Полидевк.
— Хорошо! — согласился Идас.
Он выхватил меч, разрубил на четыре части самого большого быка, а потом объявил:
