— Допустим, что я — это ты, а ты — это хулиган с Технической, теперь внимательно смотри, что нужно делать. Да ты не в лицо мне смотри, а на руки и ноги. Я подхожу к тебе. Наступаю на ногу… и толкаю в плечо, а можно и в подбородок.
Славка упал, но вскочил бодро.
— Не ушибся?
— Нет.
— Ну смотри еще раз. Приготовься, — Михаил повторил все движения сначала. — А теперь давай наоборот. Я буду хулиган, а ты будешь Славкой Козловым. Начали. Ну что же ты, нападай. Смелее.
Славка пошел, глядя на ноги. Михаил сделал страшное лицо.
— Ты не под ноги смотри, а в глаза. В глаза и смелее, пусть другие боятся. Наступай на ногу. Наступил. И резче… — он упал на одеяло и, зацепив Славкину ногу ступней, легонько нажал ему на колено другой ногой. — И ты упал, вот видишь! Это на будущее, чтобы знал. А теперь давай повторим. У тебя здорово получается.
— Поддался ты, я знаю.
— Зачем «поддался». Все чисто сработано. Ты только бей сильнее.
— Ты большой, у тебя и силы много.
— И ты такой будешь. Были бы кости, а мясо нарастет. Главное, нужно упорно тренироваться, а еще главнее — быть смелым. Понял?
— Понял.
— А что ты, сынок, понял? — спросила Нина.
— Кто будет смелым, у того мясо нарастет.
— Молодец, — засмеялся «тренер». — Ну давай, повторим пройденный материал и пойдем ужинать.
Все шло хорошо, только по утрам было неудобно отправлять Нину на работу, а самому оставаться за домохозяйку. Он добровольно взял на себя приготовление обеда в рабочие дни, не находя в этом ничего зазорного. Но не все же время крутиться у плиты — пора было подумать и о подходящем месте, поискать, поспрашивать, от хорошего механика никто не откажется.
Но Михаил все тянул, откладывал, оправдывая себя тем, что работой в артели заслужил право немного посачковать. После всех неприятностей, избитый и оскорбленный, он наконец дополз до тихого домашнего рая, и жалко было с ним расставаться. Нервишки все еще пошаливали, а «собачья» должность механика спокойной жизни не сулила.
Нина первая заговорила о работе. Она долго мялась, не зная, как подступиться и с чего начать, но Михаил сразу заметил ее нерешительность. Слишком часто она стала острить по поводу его хозяйственных забот. Прибежит с работы и скорее спрашивать, что он для нее сварил, то нянькой назовет, то кормилицей. Он понимал, куда гнет Нина, и, пока она собиралась начать разговор, в нем зрели и перезревали свои возражения.
Дождавшись, когда уснет Славка, Нина начала издалека, делая вид, что говорит просто так, вроде того что нужно о чем-то разговаривать, вот она и спрашивает, даже не спрашивает, а рассказывает сама:
— Миша, а ты знаешь, кто вместо тебя механиком работает?
— Не все ли равно.
— Говорят, Краснухин…
— Кто? — удивился Михаил. — Паршивенький слесаришка. Да он собственный велосипед собрать — дядю приглашает.
— Говорят.
— Механика нашли!
— А как же ты теперь?
Михаил видел, как замерла она в ожидании ответа, и специально не спешил, подыскивая, чем бы ей отомстить, чтобы не лезла не в свое дело.
— Понятия не имею. Деньги пока есть, куда мне торопиться.
— Ну, Миша, разве только деньги?
— В ноябре еще получу. Мне кое-что причитается. Может, пару штук, может, больше. Так что не беспокойся, на твоей шее сидеть не буду. — Последнее было явно лишнее, но его уже начинало заносить.
— Зачем так говорить. Да ну тебя, с тобой как с человеком, а ты…
— А что я?
— «Что я, что я!» Надо мной бабы смеются, содержантом тебя называют.
— Я содержант?!
— А ты иди к ним и объясни.
— Ты меня по бабам отправляешь. — Он попробовал обнять Нину, но она забилась к самой стенке, оставляя ему всю ширину кровати. — Нина, зачем скандалить?
Не дождавшись ответа, он тоже отвернулся. Так молча и лежали, притворялись, что спят.
Краснухин встретил его радушно. Вышел из-за стола и долго тряс руку.
— Сколько лет, сколько зим. А я-то слышу, что Козлов приехал, и думаю, чего не заходит. Рассказывай, как там на Севере.
— Я на Востоке был.
— А нам, нищете, везде Север, где большие деньги платят.
— Деньги заработать надо. За просто так их не платят.
— Ну, тебе ли жаловаться, ты же мастер на все руки и человек рискованный, а риск дело благородное, так я считаю.
— На работу вот пришел к тебе проситься. Возьмешь? Кем угодно пойду.
— Ты! Ко мне! Да брось шутить.
— Я серьезно.
— А трудовая при себе?
Михаил достал потрепанную и располневшую от вкладыша книжку.
— Поинтересоваться можно?
Вздыхая и морщась, Краснухин прочитал ее от начала до конца.
— Да, дела! Географический справочник. — Помолчал, подбрасывая книжку на ладони. — Дела, говорю, неважнецкие. Мы что, мы тебя знаем, а вот отдел кадров… Может, слесарем возьмут, но не пойдешь ведь ты слесарем?
— Пойду.
— Да брось ты, у тебя вся жизнь впереди. Тебе расти нужно. Ты же как-никак специалист.
— А ты, дерьмо, с чистой трудовой книжкой.
Михаил вышел на улицу и, срезая углы, направился в магазин.
