Возле школы переходить дорогу помогает специальная дежурная в зелено — оранжевой куртке. В руках у нее знак на держаке: красный кругляшок со словом «стоп». Когда у перехода накопится детвора с родителями, она выходит на проезжую часть и ставит свой знак. Машины останавливаются, дети с мамами и папами, бабушками, дедушками переходят.
Его малышовская школа — это легкое одноэтажное здание, снаружи напоминающее временную контору строителей. В прихожей дети раздеваются, кладут в шкафчики верхнюю одежду и ненужные на занятиях вещички. Далее — большая комната, перегороженная надвое. Первая
половина тесно заставлена всякими большими и малыми пластмассовыми игрушками. Во второй, за невысокой перегородкой, так, чтоб преподаватели видели детей, а дети преподавателей, — столы, заваленные настольными играми и опять же игрушками. И разными малышовскими школьными принадлежностями. В правом дальнем углу, отгороженная щитами, как бы отдельная комната, уставленная миниатюрной детской мебелью, где желающие могут поиграть в «свой дом» или в «дочки — матери». Там обстановка настоящая: кухня, а на кухне плита, шкафы, холодильник, стиральная машина…
Задача преподавателя и здесь не учить, не понукать ребенка к тем или иным занятиям; и даже не пресекать шалости, хотя это почти исключено в шкоде, потому что это школа, а не дом, и потому что здесь преподаватель, а не мама; задача преподавателя заключается в том, чтоб каждый был занят тем, что в данный момент ему интересно. Здесь уже изучили, знают вкусы и наклонности детей и время от времени напоминают, подсказывают, чем ему хочется заняться. А может, даже просто посидеть, отдохнуть.
По английской науке малыш в три — четыре года не выдерживает более двух часов организованной, пусть даже разнообразной игры или занятий под надзором. Он устает даже от ненавязчивой системы. Ему спонтанно хочется абсолютной свободы действий. Или бездействия. Малыш начинает нудиться, капризничать.
Все это уже досконально изучено там и как бы само собой разумеется. Изюминка такого начального образования заключается в том, что преподаватели и родители все время обмениваются своими наблюдениями за детьми с тем, чтобы и те, и другие полнее знали своих чад и вовремя корректировали их развитие. А еще малыш с малых лет должен привыкать жить в обществе чужих людей. В игре ему невольно приходится общаться с другими детьми, считаться с их желаниями, включаться в коллективный интерес, привыкать к разнохарактерным проявлениям, недостаткам. Наконец, спокойно относиться к разнообразию внешности.
Меня поразило присутствие в школе дебильных недоразвитых детей. Они смотрятся жалко и дисгармонично. Вроде Гулливеров среди лилипутов. Им по пятнадцать — шестнадцать, а умственные способности на уровне трех — четырехлетних. Душа сжимается, когда смотришь на них.
Наивный и как бы виноватый вид, угловатые, неловкие движения, невыразительные глаза…
— А эти зачем здесь? — с недоумением, перемешанным с чувством жалости, спрашиваю я у дочери.
— Детей сызмальства приучают терпеть и жалеть несчастных. Вот побудешь у нас, посмотришь и поймешь. Здесь самоотверженно относятся к уродцам и калечкам. Родители их недоедают, может быть, а дефективных детей своих жалеют и обихаживают тщательно…
И в самом деле — я видел поразительные примеры самоотверженного отношения к калечкам и уродцам. Это впечатляет. Тем более что глубинная причина заключается в том, что через посредство убогих люди как бы ощущают себя ближе к Богу.
Как, где провести выходной? Всемирная проблема! Кроме, может быть, Америки, где индустрия отдыха поставлена на широкую ногу. У нас же, в России, — это вопрос вопросов. Но мы как-то не задумываемся над этим особенно. Мы настолько притерпелись к тому, что негде провести выходной, что уже как бы и не замечаем этой проблемы. Особенно сейчас, когда разрушительные реформы буквально вынудили людей заниматься огородом и садом. Где мы и совмещаем «приятное с полезным». Приятно хотя бы уже потому, что незаметно пролетают выходные, и даже как бы не хватает их, чтобы управиться. А польза несомненная потому, что дает хорошую добавку к столу, который разом оскудел по мановению, но не волшебной, а бездарной палочки горе — реформаторов. Это правда жизни, в которой доля шутки. Ну а если серьезно, если в самом деле выдался свободный день, то где и как его провести? Пойти в кино? Там цены на билеты бешеные и показывают американские боевики и дебильники, от которых тошнит уже. В театр? Там показывают оперу «Юнона» и «Авось», где завывают по — волчьи рок-романс, «…провожать необутая вышла…» Или какой-нибудь мерзопакостный экспериментальный спектакль, наподобие «Шоу долгоносиков». В кафе? Нынче там такие цены, что зарплаты не хватит на одно посещение. К друзьям? Это тоже влетит в копеечку. И мало радости сидеть
