– Потому что я и правда пятидесятилетний старик, – заговорил Мишка «загробным» голосом. – Тело мое лежит непогребенным в пещере колдуна Максима, который отправил мою душу в дальнее странствие. Смотрю, тело бесхозное валяется, я – прыг, и готово!
Произнося эти слова, Мишка невольно представил себе Максима Леонидовича, обстановку его лаборатории и все прочее, непосредственно предшествовавшее отправке его в XII век.
Юлька испуганно вскрикнула и отшатнулась.
– Что у тебя… Что у тебя с лицом?!!
– Испугалась? А сама говорила, что мою рожу никакими шрамами не испортишь!
– Дуришь?! Рожи корчишь?! – казалось, что Юлька вот-вот взорвется от возмущения. – Я тебя…
– Юленька, ну прости дурака!
Увы, покаянные слова были направлены уже в спину вылетающей из горницы Юльки. Из-за захлопнувшейся двери донеслось:
– Дурак твой старшина! И ты тоже дурак! И все вы придурки недоделанные!
В ответ что-то оправдательное бубнил Дмитрий, но, кажется, так же как и Мишка, уже вслед уносящейся лекарке.
– Минь! – В горницу просунулась голова Дмитрия. – Чего это она? Выскочила, всех облаяла…
– Шел бы ты, Митька… в Орехово-Зуево!
– Чего?
– Ничего. Там, говорят, топоры по речке плавают. Оставьте меня все в покое, больной я!
Дмитрий покривился, но исчез.
Мишка поерзал на постели – было стыдно даже перед самим собой, но кто ж знал, что его собственная морда будет такие фортели выкидывать? От неожиданности все и получилось.
